Свежий ветер (СИ)

Как самочувствие?

Несколько мгновений я наблюдала за тем, как прозрачная жидкость по пластиковой трубочке текла в мою вену; согревающая смесь болеутоляющего и стимуляторов расслабляла.

- Дерьмово, - хрипло ответила я. Все-таки сев, я потерла лоб свободной рукой. – Как долго я была в отключке?

- Более пятнадцати часов, - сообщила доктор Чаквас спокойно. В удивлении я резко повернула голову, и боль сразу же усилилась, оставаясь, однако, терпимой.

- Пятнадцать часов? Какого черта произошло?

- Это была моя вина, - быстро ответил Аленко, словно он репетировал эти слова.

– Я подошел слишком близко, у маяка оказалось нечто вроде… защитного механизма - какое-то силовое поле. Вам пришлось… э… оттолкнуть меня. А затем вы и сами попались.

Маяк. Маяк я помнила. Как помнила и то, что толкнула лейтенанта на землю, а затем с приливом адреналина пришло понимание, что меня тащит сила слишком могущественная, чтобы ей сопротивляться. Я всегда спасала чужие задницы.

Видение снова вспыхнуло перед глазами, отозвавшись уколом боли.

Мне казалось, что теперь в моей голове хранилась коробка с сотнями таких картинок, которые боролись друг с другом за возможность вырваться на свободу, но, всплыв на поверхность, начинали беспорядочно метаться. Это ощущение было… тревожным.

- Все произошло очень быстро, - сказала я наконец, потирая лоб и стараясь не глядеть на окружающий меня яркий свет. – У нас не было никакой информации об этой штуковине, мы не могли знать, что произойдет.

Подняв глаза на Аленко, я заметила покидающую его лицо облегченную улыбку.

Он думал, я устрою ему выволочку за случившееся? Конечно, я злилась, что мне пришлось принять на себя удар, вызванный его действиями, однако его вины в том, что ему и в голову не пришло, что мертвый артефакт может направить чертов захватывающий луч на подошедшего слишком близко, определенно не было. Кроме того, лейтенанта никак нельзя было назвать безрассудным, так что я решила оставить это и спросила:

- Мы знаем, что этот маяк сделал?

Он отрицательно покачал головой.

"

"- Мы не уверены даже в том, что именно Аленко его активировал, - ответила за него Чаквас, - не говоря уже о том, что он сделал с вами. – С этими словами, доктор взяла маленький фонарик и приподняла мой подбородок. Свет, направленный в глаза, обжигал; в ослепительной белизне я снова видела картинки, которые мой разум был не в состоянии понять, и от осознания этого внутренности сжались в тревожном предчувствии.