Священник

Моисей поднял посох к небу. Немедленно появились темные, зловещие облака, которые клубились и расползались над землей, обходя Гесем. Подул холодный ветер. Аарон почувствовал, как в груди нарастает странная тяжесть. Темно-серые небеса загрохотали. Огненные зигзаги стали сходить с неба, поражая земли к западу от Гесема. Шу — египетский бог воздуха, разделитель земли и неба — был беспомощен перед Господом, Богом Израиля.

Аарон почти все время сидел у дверей своего дома, наблюдая за градом и огнем, посылаемым с небес, благоговея перед Божьей великой силой.

Ничего подобного он никогда не видел. Теперь фараон, конечно же, сдастся!

Солдаты пришли вновь. Аарон видел опустошенные и выжженные поля льна и ячменя у египтян. Земля была уничтожена.

— Я, наконец, признаю свою вину, — правитель кисло посмотрел на своих советников, толпившихся у престола. — Господь прав, а мой народ и я ошибались. Прошу, умолите Господа прекратить этот ужасный гром и град. Я сразу же вас отпущу.

Аарон не почувствовал ликования или радости.

Рамсес говорил неискренне. Без сомнения, он уступил под давлением своих советников. Они все еще не понимали, что с ними сражается Сам Господь Бог.

Моисей бесстрашно произнес:

— Как только я покину город, то вознесу руки и помолюсь Господу. Тогда прекратятся гроза и град. И это докажет тебе, что земля принадлежит Господу. Но я знаю, что ты и твои советники все еще не страшитесь Господа Бога.

Глаза фараона заблестели.

— Моисей, друг мой, как можешь ты так говорить с тем, кого когда-то называл младшим братом? Как можешь ты приносить такую боль женщине, которая вытащила тебя из реки и растила, как сына Египта?

Смелые слова, способные навлечь на них обоих смертный приговор.

Аарон придвинулся к Моисею, готовый защищать его, если кто-то подойдет слишком близко. Но все, наоборот, отступили. Некоторые, к ярости фараона, даже слегка склонили головы в знак уважения перед Моисеем.

Моисей помолился, и Господь убрал Свою десницу от Египта.

Гром, град и огонь с небес прекратились, однако тишина после бури оказалась еще более зловещей, чем рев и бушующая стихия. И все же ничего не изменилось. Фараону нужны были кирпичи, и их должны были делать еврейские рабы.

— Меч фараона теперь над нашими головами!

— У вас что, глаз нет? — кричал Аарон, — или нет ушей? Оглянитесь вокруг. Неужели вы не видите, как египтяне боятся следующего шага Господа? Каждый день все больше египтян приходит к нам с дарами.