Священник

Господь послал моего брата избавить нас, значит, так и будет.

— Он убьет нас своим избавлением!

Рассерженный, Аарон указал на небеса:

— Господь с нами! Вам нужно только посмотреть вверх, и вы увидите облако.

— Может, это облако прольет на нас дождь?

Аарон покраснел от возмущения.

— Вы думаете, Господь не слышит, что вы говорите против Него? — воскликнул он. — Господь вывел нас из Египта не для того, чтобы нам умереть от жажды в пустыне! Я точно знаю это! Только верьте!

— Что мы будем пить?

— Мы умрем без воды!

Через несколько минут вернулся Моисей с сучковатой палкой в руках.

— Пейте! — сказал он.

Аарон быстро опустился на колени, набрал воду в ладонь и выпил. Улыбаясь, он вытер лицо мокрыми руками.

Его сыновья, их жены и дети опустились на колени и жадно пили воду.

Люди бежали к воде, толпились у берегов, толкались, шумно требовали пропустить их. Они пили вдоволь, потом наполняли бурдюки.

— Слушайте внимательно! — крикнул им Моисей. — Если вы будете слушаться гласа Господа, Бога вашего, и делать угодное перед очами Его, и внимать заповедям Его, и соблюдать все уставы Его, то Он не наведет на вас ни одной из болезней, которые навел на Египет, ибо Он Господь, целитель ваш.

Слышал ли его кто-нибудь? Слушал ли его кто-нибудь? Казалось, все люди думали только о сиюминутных нуждах; никто даже не поднимал глаз. Аарон закричал:

— Послушайте Моисея! У него есть для нас слова жизни!

Но люди не слушали, не говоря уже о том, чтобы слушать внимательно. Они пили воду, данную Богом, и были слишком заняты, чтобы остановиться и поблагодарить Его за это.

Аарон ежедневно выслушивал жалобы, пока, в конце концов, не устал их слушать. Они вышли из Египта всего полтора месяца назад, а казалось, что прошли годы. Голодные и томимые жаждой, они шли по засушливой земле, находясь между мечтой о Земле обетованной и тяготами, которые надо преодолеть, чтобы туда добраться.

Шедшие с ними египтяне подливали масла в огонь.

— Ох, лучше бы мы остались в Египте! — воскликнула какая-то женщина.

— Помнишь, как мы сидели у котлов с мясом и ели, сколько хотели? — ее попутчица оторвала кусок пресного хлеба и стала с отвращением жевать его. — Фу, какая гадость!

Мужчины более открыто выражали свое недовольство. Аарон не мог и шагу ступить, чтобы не услышать:

— Вы с братом притащили нас в пустыню, чтобы уморить голодом!

Когда Господь снова заговорил с Моисеем, Аарон ликовал.