Святой: гарпун для Акулы

О взрывах автомобилей, найденных в канализационных каналах разложившихся трупах с черепами, разнесенными контрольными выстрелами, Петр Михайлович читал в газетах и не чувствовал угрызений совести. Жизнь бывший генерал воспринимал как непрекращающееся сражение за место под солнцем, а войны без жертв не бывает.

Но в последнее время генерал стал уставать. Годы брали свое. Старость подкралась к Петру Михайловичу незаметно.

На похоронах жены, умершей от рака, Банников понял, что пора воспользоваться плодами своей деятельности.

Встречать закат жизни в России Петру Михайловичу не хотелось. Слишком неуютной казалась ему Родина. К тому же аферы могли всплыть на поверхность, и тогда мечты об обеспеченной старости растаяли бы словно утренний туман.

Решение покинуть Россию созрело у генерала давно.

Когда появились первые сведения о тяжелом недуге дряхлеющего президента, Петр Михайлович принялся собирать чемоданы. Привыкший просчитывать ситуацию на несколько шагов вперед, он понимал, что, когда первое лицо в государстве перейдет в мир иной, незамедлительно сменится команда.

Спокойных мест на земном шаре хватало. Не скромничая, Петр Михайлович выбрал поистине райский уголок — Багамские острова.

Независимое государство в Вест-Индии, расположенное на островах и коралловых рифах, славилось своими золотыми пляжами, буйной тропической растительностью и надежными банками, где не задают лишних вопросов клиентам.

Туда, в офшорную зону, где отменены налоги на любые доходы и прибыли, где банки принимали вклады на любой срок, в любой валюте, Петр Михайлович через подставные фирмы переправил свой капитал.

На деньгах кровь не видна. Средства торговца смертью осели на депозитных счетах, стопки банкнот улеглись в банковских хранилищах. Приглядывался Петр Михайлович и к недвижимости, облюбовав расположенный рядом с дворцом генерал-губернатора особняк в колониальном стиле.

Непосредственно в смотринах шикарного жилища генерал не участвовал. Его глазами на островах была дочь Юлия.

Единственное чадо, которое Банников боготворил, красотой не отличалось. Почти двухметровая дылда унаследовала от отца хрящеватый нос, неровные острые зубы и сорок третий размер обуви. Но голова у девицы варила исправно.