Святой: гарпун для Акулы

 — Только на воле одними заначками не проживешь… Сделаешь то, о чем просим, заработаешь хорошие деньги. С возвращением назад проблем не будет…

— Я согласен, — ответил Виктор.

— Тогда иди принимай машину!

— Не надо! — прохрипел из последних сил Святой. — Генерал, не делай этого. Я знаю, тебе плевать на честь мундира и всякое остальное. Но ведь есть что-то в этой жизни, что нельзя продать?!

— Нет! — усмехнулся Банников. — Все в жизни продается и покупается.

— А вот, кажется, и они! — заметил капитан, увидев несколько черных точек на горизонте, движущихся по направлению к «Соколу».

При этих словах Банников вздрогнул, словно порезавшись бритвой, но Виктор уже вышел в коридор.

— Как ты его назвал? — переспросил генерал.

Капитан, не отрываясь, следил в бинокль за тремя корейскими «КА-25».

— Тоже наши вертолеты, правда, классом пониже…

На Петра Михайловича страшно было смотреть. Он вскочил, потом снова сел, опять вскочил. На его щеках высыпали багровые пятна, отчего лицо его стало похоже на стратегическую карту Генерального штаба.

— Останови его! — завопил бывший генерал. — Останови его, пока не поздно!

Святой не терял времени. Освободившись от веревок, он двинул Банникова в челюсть, отчего тот свалился вместе со стулом на пол.

— Черт! — только и успел крикнуть капитан сухогруза, обернувшись на шум.

Святой запустил в него стулом. Капитан на секунду замешкался и оступился.

Банников вскочил быстрее, чем предполагал Святой. Генерал бросился на Дмитрия молча, с перекошенным от ненависти ртом.

Святой еще не пришел в себя от побоев. Обычно послушное тело налилось свинцовой тяжестью, стало чужим и неповоротливым.

Однако ответный удар получился что надо. Святой крепко схватил правую руку генерала и, не выпуская ее, провел короткий левый выпад в солнечное сплетение. Банников тут же обмяк, как воздушный шар, из которого выпустили воздух.

Сзади на Святого прыгнул капитан и стал душить. Дмитрий легко перебросил его через плечо.

Внезапно в дверях возник знакомый Святому по встрече возле радиорубки верзила в красной шапочке. Дмитрий нагнулся за ножом. Оружие несчастного Шуры пришлось очень кстати, потому что матрос держал в руках дробовик.

Нож попал прямо в горло. Шапочка слетела с головы матроса.