Святой Грааль

Томас взгромоздился в седло, взял в руку неизменное копье, где под широким стальным наконечником трепетал, как язычок огня, красный еловец. Олег разбойничьи свистнул, его конь послушно прибежал, на ходу потряхивая торбой, пытаясь напоследок захватить полный рот овса.

Чернобородый спросил встревоженно, все еще помня, что он вожак:

— А что делать нам? Мы не сарацины, места для нас новые…

— Двое пусть всегда несут охрану. Коней держите поближе. Прислушивайтесь к ним. Они первыми зачуют чужих коней: фыркнут, прянут ушами, стукнут копытами.

Могут заржать… Но если все-таки хазэры схватят

вас, то лучше умереть быстро. Самим. Мы рассчитываем вернуться к ночи.

Чернобородый вдогонку крикнул с дрожью в голосе:

— А если к ночи не вернетесь?

— Идите на север, — ответил Олег. — Холмы там переходят в горы, затеряться проще. Заметайте следы, если умеете. Спасение в горах: там пещер больше, чем в сыре дыр. Чаще осматривайтесь. Здесь караванные пути, сюда доходит путь из варяг в греки, а где много купцов и караванов, туда много стягивается разбойников, — знаете по себе, — мародеров, налетают конные отряды парфян, но больше всего остерегайтесь хазэров.

Я все сказал.

В ярком синем небе над самым горизонтом появилось облачко, быстро начало вырастать в размерах. Томас указал на него кивком, бросил пренебрежительно:

— Та самая гроза! Ливень смоет наши следы, но мы с сэром каликой вас отыщем.

Конь под ним гарцевал и грыз удила. Рыцарский конь не желал выказывать усталости, в то время как простой и хитрый конь паломника прикидывался умирающим, прогибал спину и отпускал живот едва ли не до земли.

Он даже дышать ухитрялся с жуткими хрипами, едва ли не кашлял. Олег ткнул кулаком в конское пузо, тот с шумом выпустил воздух, Олег быстро затянул подпругу. Конь косился невинным глазом: не получилось, ну и не надо, не очень-то старался.

Олег вскочил в седло, они поскакали навстречу усиливающемуся ветру. Облачко стремительно вырастало, уплотнялось из нежно-белого и кудрявого, как овечка, превратилось в грязно-серое, а затем в угольно-черное, тяжелое, поблескивающее короткими злыми молниями.

Уже не облачко, а грозная тяжелая туча двигалась навстречу, как горная лавина: грохоча, высекая искры, подминая синеву, разрастаясь с каждым мгновением. В темном чреве постоянно блистали красные вспышки, озаряя внутренности.

Дорога пошла вниз, по обе стороны поднялись каменные стены. Ветер усилился, завыл, протискиваясь через узкое ущелье.