Святой Грааль

У подножия остался

только один, не считая двух раненых, остальные неспешно карабкались вверх, готовые к броску под покровом темноты.

Томас зло сопел, буравил Горвеля огненным взором. Его пальцы побелели, стиснутые на рукояти меча. Горвель насторожился, подобрал под себя ноги, готовый вскочить в любое мгновение.

Олег поднял руку, сказал медленно:

— Возможно, скоро все мы погибнем. Подходящий момент для правды, не так ли? Сэр Горвель, вы буквально ошарашили всех. Король вам дал в дар, в вечное пользование обширные земли, массу сел и деревень с народцем.

У вас замок, верные вассалы, прекрасная жена, вы ждете наследника… И вдруг — бросаете все, превращаетесь в преступника! Бежите из собственного замка. Зачем? Почему?

Горвель с мрачной насмешкой молчал загадочно.

Олег спросил внезапно:

Горвель быстро взглянул на него, смолчал. Олег нарисовал в воздухе перевернутую восьмерку. Глаза Горвеля расширились. Олег нарисовал другой знак, все так же не отрывая взгляда от лица Горвеля. Тот дернулся, стиснул меч крепче.

Олег провел в воздухе черту и обвел ее кругом. Горвель побледнел, вскочил:

— Этого… этого не может быть!

Томас ошарашенно переводил взгляд с рыжебородого рыцаря на калику. Олег нехорошо улыбнулся:

— Значит ты всего лишь подмастерье… Но за кражу Святого Грааля тебя бы возвели в звание мастера? Гм, могли бы перевести сразу в…

Он замолчал на полуслове, нарисовал сложный знак. Горвель прошептал ошеломленно:

— Кто ты?.. Откуда знаешь наши тайные знаки?

Олег нарисовал еще знак, спросил быстро:

Горвель сказал дрогнувшим голосом:

— Это знак высших рангом.

Мне недоступно… Ты — один из гроссмейстеров?

Олег медленно покачал головой:

— Я мог бы обмануть тебя, зная эти ритуалы и тайные знаки, заставил бы повиноваться слепо. Сэр Томас, этот человек состоит в тайной организации, мощь которой превосходит королевскую или императорскую. Служат там вернее, ибо служат не королю или сеньору — те всего лишь люди, — а Идее!

— Идее прогресса, идее цивилизации.

Горвель смотрел исподлобья, на лице его было недоверие, сомнение, даже страх, словно еще верил — калика ведет какую-то игру, вот-вот откроется, подаст знак, по которому он, сэр Горвель, обязан беспрекословно повиноваться. И он повинуется, как повиновался, когда ночной гонец показал тайный знак и велел покинуть все нажитое таким трудом, украсть чашу и во всю прыть вести в указанное место.

— Разве это неверная идея? — спросил Горвель прощупывающим голосом.