"Святые" 90-е Пионер – Том II

Добравшись до стены, останавливаемся, я выглядываю из-за угла — стараясь сообразить как лучше подойти к дверям, но тут где-то справа раздается автоматная очередь, потом ещё одна, и вскоре начинается полноценный стрелковый бой.

— Давай в окно! — кричу парням, и вырвав сразу две доски, бью прикладом стекло.

Лезу первым, опираясь на руки парней.

— Чисто! — ору, помогая влезть Шухеру.

Помещение в котором мы оказались, небольшое, и судя по составленным стопкой тазам, что-то хозяйственное.

Не дожидаясь когда переберутся остальные, осторожно открываю дверь и вываливаюсь в коридор.

Коридор узкий, пахнет сыростью и сигаретным дымом. Пригнувшись, движемся к лестнице. За спиной хрипло дышит Шухер. Впереди дверь приоткрыта, из щели падает луч света.

— Гранату! — шиплю через плечо.

Шухер швыряет эф-ку в проем. Грохот, визг осколков по штукатурке. Врываемся следом. Комната с ободранными обоями, за баррикадой из перевернутых столов — двое. Один с перекошенным лицом тянет ствол в нашу сторону.

— Живой! — ору Шухеру, указывая на пленного, предполагая что его нужно связать, но ввалившийся в комнату Бульба, всаживает тому короткую очередь в три патрона.

Хочу спросить — нахрена, но только машу рукой.

Идем дальше, до лестницы на второй этаж. Суюсь, и еле успеваю отпрыгнуть, сверху поливают из автомата. Пули крошат бетон над головами. Шухер, прижимаясь к стене, швыряет вверх еще одну эф-ку.

— Там еще один! — кричит вырвавшийся вперед Леха, но его голос обрывает очередь из-за угла. Он падает, хватаясь за бедро. Бульба матерится и тащит его в нишу к лестнице.

В коридоре грохочут выстрелы, и спустя мгновение доносится крик,

— Свои! Не стрелять! — это с другой стороны подошёл Бондарь.

Не глядя, пробегаю дальше, вижу дверь, и с ходу вышибив её ногой, готовлюсь стрелять, но в последний момент убираю палец со спускового крючка.

Мужик, прикрученный проволокой к батарее, зажмурился, и выставив вперед дрожащие ладони, бормотал чтобы его не убивали. Но я бы и так не стал стрелять, потому что это был тот самый заложник, ради которого и затевалась операция. Видок у него, конечно, так себе, но я его узнал, видел с Патриным в ресторане пару раз. Имени только не запомнил.

— Где второй? — рявкнул я, пригибаясь к окну.