"Святые" 90-е Пионер – Том II

— Вы Патрина хорошо знали?

— Патрина? — губы искривились в подобии улыбки. — Не припомню…

— Это не важно, — перебил я, — Важно, что я теперь вместо него. И буду забирать те же объёмы.

Липатов замер, словно врос в асфальт.

— Пройдёмте ко мне в машину, чтоб не на холоде говорить. — предложил я, и когда он мотнул головой, чуть сдвинул куртку, показывая пистолет за поясом.

— Это не обсуждается, пойдёмте.

Липатов залез в салон, сгорбившись, будто пытаясь стать меньше. В машине он уткнулся в стекло, теребя портфель.

— Вы меня с кем-то путаете, молодой человек. Не знаю я никакого Патрина, и никогда ничего ему не поставлял. Да что там, я вообще никому ничего не поставлял! — внезапно замахал он руками.

— Ладно, вы не оставляете мне выбора, Андрей Валентинович. — стараясь оставаться спокойным, пожал я плечами, а когда он попытался выйти, аккуратно рубанул его ребром ладони по шее.

Тело обмякло. Шухер присвистнул, закуривая:

— Зачем так грубо? Можно было бы просто рот заклеить…

Ехали недолго, до пустыря за заводскими стенами.

После нескольких пощёчин, Липатов очнулся.

— Всё ещё не хотите вспоминать, Андрей Валентинович? — спросил я, наклоняясь так близко, что почувствовал запах его одеколона.

— А если я вам чего-нибудь отстрелю? — достав пистолет, я провёл дулом по виску «объекта», оставив белую полосу на красной от холода коже. — Не поможет памяти?

Шухер, сидящий за рулём, щёлкнул зажигалкой, поджигая сигарету.

— Не-не надо… — просипел Липатов, и капля пота скатилась с виска на воротник рубашки. Глаза округлились, в них явно читался испуг.

— Вариантов других нет, — перебил я, глядя, как он сглатывает ком в горле. — Либо работаешь со мной, либо ни с кем. Десять секунд. — Щёлкнул предохранителем, и звук заставил его дёрнуться.

Шухер выпустил дым в потолок, тыча пальцем в пятно на полу.

— На улицу его вытащи, а то опять салон отмывать… В прошлый раз замучился…

Но вытаскивать никого не пришлось, клиент сдался.

— Ловко ты его… — Шухер затянулся сигаретой, глядя в боковое зеркало на удаляющуюся фигуру Липатова. Мы только что высадили его у хрущёвки, где он, сутулясь, быстро скрылся в подъезде.

— А что тут такого? — Я переключил передачу, резко стартовав с места. — Чел замазан по самое не хочу. Сам видел — дрожал, как осиновый лист.