"Святые" 90-е Пионер – том первый

А так… И вроде понимаю что надо спокойно ко всему относиться, всё равно ничего не изменишь, как ни старайся, вот только не получается у меня спокойно смотреть, как родных мне людей оболванивают. Злюсь я.

Основательно перекусив, завалился спать. Думал сразу усну, с набитым-то пузом, но провалялся без сна чуть не до двух ночи. Мысли всякие в голову лезли, в основном бред, но были и дельные. Вот например про то как команду набрать, из кого, то есть, идея пришла. Удивительно, как раньше не догадался, если есть максимально проверенные кандидатуры? Те самые парни с которыми я прошел через горнило войны, с самого четырнадцатого, по двадцать четвертый.

И ведь помнил я всех, и живых и мертвых, имена, кто откуда родом, детали какие-то. Всё это было навечно записано у меня в голове. Разумеется не здесь, а в той, другой жизни, но для цели которую я поставил, это не имело никакого значения. Главное что знал я их лучше, чем сами они себя. Война, она ведь не оставляет места наносному, стирает всё разом, моргнуть не успеешь. Дерьмо завоняет, алмаз заблестит. Вот мне и нужно алмазы эти собрать, да в диадему царскую вставить. И да, про дерьмо я тоже помню, может не так подробно, но всё-таки.

Я ведь когда на эту войну пришёл, многого не понимал. Думал чего тут такого, армия как армия, приказали, копаешь, не приказали, не копаешь. Плац, тумбочка, увал, построение. Всё по стандарту. Но действительность оказалась совсем не такой. Четырнадцатый год, первое по настоящему боевое задание, когда нас, группу из десяти человек, отправили штурмовать трехэтажный дом в одном из «спорных» поселков.

Ни разведданных, ни объяснений. Автоматы раздали, гранаты тридцать штук выдали, и вперёд, под танк. Даже командира не назначили, сказали чтобы сами разбирались. И ведь даже сейчас, когда опыта у меня через край, я бы десять раз подумал прежде чем туда лезть, но тогда мы просто пошли вперёд.

Не знаю что спасло группу от уничтожения на подходе, подозреваю что противник сам не ожидал подобной наглости, но добрались до стен мы полным составом.

Как потом говорил наш комбат, неожиданно.

Рассусоливать не стали, а с ходу закидав правое крыло первого этажа гранатами, сразу зашли внутрь. Наверное на внезапность рассчитывали, вот только обороняющиеся к тому времени уже оклемались, огрызаться стали, и у нас появились первые двести. Помню как стреляю куда-то туда, лишь бы куда, а рядом Антон, паренек совсем молодой, падает. И кровь у него, большими каплями, из пробитого лба, на пол вытекает.