Связанные любовью

— Он хороший боец, преданный и свободный. Для него есть только семья, — сказал Ромеро, и его рот сжался от чувства вины.

— Он достал для нас Анджело и глазом не моргнул, когда ты убил Готардо.

Деметрио ненавидел отца и сводных братьев. Как незаконнорожденный сын, он страдал живя с ними. Он был благодарен мне за то, что я убил их.

— Я подумываю о том, чтобы сделать его заместителем босса Вашингтона, если он докажет свою правоту.

— Дополнительный стимул, безусловно, поможет, — сказал Маттео.

Ромеро кивнул, но не выглядел убежденным.

— Двадцать лет. Ты был ненамного старше, когда начал охранять Арию.

— Ты доверяешь ему Арию? — спросил Маттео.

Я перевел взгляд на жену, которая улыбалась сестрам, прижав ладонь к животу.

— Нет. Но у меня нет выбора. Я не могу охранять ее все время. И я знаю слабость Деметрио. Я использую это, чтобы держать его в узде, если придется.

Деметрио вошел в зал, настороженно глядя на нас с Маттео. Обычно он работал с Орфео, сыном одного из моих капитанов, и было очевидно, что он опасается причин, по которым я вызвал его сюда.

Он был одним из немногих членов семьи, которых я мог вынести, хотя, будучи ублюдком, он даже официально не считался семьей. Он всегда был верным помощником.

— Лука, Маттео, — осторожно сказал он, останавливаясь в нескольких шагах от нас. Нахмурившись, он окинул взглядом мою одежду. Я уже успел переодеться в спортивные штаны, и больше ничего. Нет смысла пачкать рубашку кровью.

Его взгляд переместился на боксерский ринг позади меня, и напряжение заполнило его тело.

Он был высоким, ростом с Маттео, но на пару дюймов ниже меня, и не таким мускулистым, но это было очевидно.

Я видел в его глазах настороженность и тревогу, но он не потянулся за пистолетом и не попытался убежать.

— Вы звали меня? — его голос был тверд, и он встретился со мной взглядом.

Я кивнул и сделала шаг к нему. Он не отступил.

— За последние несколько лет ты доказал свою преданность, и я подумываю сделать тебя заместителем босса Вашингтона.

В его глазах отразилось удивление.

Вашингтон был одним из самых важных городов на моей территории, и он был всего лишь незаконнорожденным сыном моего дяди Готтардо, а не тем, кто должен был унаследовать титул своего отца, но он никогда не давал мне повода для недоверия. Обычно он становился капитаном, не больше.

— Это честь для меня, — сказал он. — Что мне нужно сделать, чтобы доказать свою ценность? — все еще с осторожностью спросил он.

— Ты будешь охранять мою жену весь следующий год.