Связанные прошлым

Я воспользовалась своим шансом и обвела его пальцы своим языком, а затем пососала их, как сосала бы его член, если бы только он позволил мне это сделать.

Он развязал мне руки и повел к кровати. Я опустилась на неё, потом легла на спину и стала ждать его. Матрас прогнулся под его тяжестью, а затем моя повязка исчезла. Я открыла глаза, но потребовалось некоторое время, чтобы снова привыкнуть к яркому свету. Данте скользнул вниз по моим трусикам и прижал мои колени к груди, пока я не оказалась полностью раскрытой для него.

Мои губы приоткрылись от желания, зная, что последует дальше. Он наклонился и провел языком по моей киске.

— Так чертовски жаждешь моего языка.

Он смотрел на меня поверх моей киски, пока его рука разминала мою ягодицу.

— Да, — прошептала я, страстно желая, чтобы он продолжил, чтобы я почувствовала его язык внутри себя.

Его голубые глаза не отрывались от моих, пока он медленно водил языком взад и вперед по моим складкам, слегка играя ими. Я прикусила нижнюю губу, заглушая любой звук.

Данте снова отстранился, и его доминирующий взгляд остановился на моей киске. Он сжал мою ягодицу, мой центр сжался, и новая волна возбуждения потекла наружу. Дыхание Данте стало глубоким, темная улыбка искривила его рот от увиденного.

— Запомни, никаких звуков и никаких движений, пока я не позволю, — прохрипел он, а затем прижался ртом к моей киске и стал слегка посасывать мои складки, затем сильнее, и я застонала, задрожала и стала еще влажнее.

Я знала, что было бы легче не кончать, если бы я не смотрела, но вид этого сильного мужчины между моих бедер был самой эротичной вещью в мире, и я не могла лишить себя этого.

Данте отпустил мои складки.

— Восхитительно, — пробормотал он и раздвинул мои половые губы.

Даже я могла видеть, как набух и покраснел мой клитор, отчаянно нуждаясь в освобождении, во внимании.

— Ни звука, никаких движений, — потребовал Данте.

Я резко кивнула, не сводя с него глаз, он лизнул мой вход языком, а затем провел кончиком по моему клитору.

И еще раз. Его тёплым, влажным языком. Твёрдо, потом мягко. Снова и снова он повторял одно и то же мучительное движение, не сводя с меня глаз, наблюдая мое отчаяние от желания кончить.

Мои пальцы вцепились в колени, зубы впились в нижнюю губу.

— Данте, — вырвалось у меня.

— Нет, — прорычал он и обвел языком мою киску так, как мне это нравилось, и я начала дрожать, мой оргазм хотел вырваться наружу.

Данте отстранился и сел.

— Пожалуйста! — ахнула я.