Связанные прошлым

Инес отвернулась, на мгновение погрузившись в свои мысли.

— Он может забрать ее себе.

Я наклонилась к ней.

— Инес, он знает, что Данте никогда не отдаст ему часть своей территории. Отдать важный город врагу поставило бы под угрозу всех.

— Ты имеешь в виду это поставило бы под угрозу твоих детей, — сказала она яростно.

Я откинулась назад, удивленная ядом в ее голосе и глазах.

— Мне очень жаль. Это было совершенно неуместно. Я… — она сглотнула и прижала ладонь к глазам. — Чувствую себя такой беспомощной. Я всегда говорила своим детям, что буду держать монстров на расстоянии.

И вот моя дочь в руках монстра, а я сижу здесь и пью кофе, не в силах помочь ей, защитить ее.

У меня на глазах выступили слезы.

— Никто не мог предвидеть ничего подобного.

Инес горько улыбнулась.

— Не знаю. Ситуация обостряется все больше и больше. Между семьями так много ненависти. Чем все это кончится?

После того, что сделал Римо, мир был еще менее вероятным вариантом. Данте скорее заключит еще один мирный договор с Лукой, чем согласится на перемирие с Каморрой.

— У нас вообще есть какие-то варианты? Каморра и Фамилья работают вместе. Они против нас.

Я ничего не ответила. Все выглядело для нас плохо. Лука не хотел сотрудничать с Данте, ни после того случая с фотографиями, ни тогда, когда это означало, что Каморра станет его врагом. Кто еще был? Корсиканский Союз в Канаде, но они держались особняком. У нас не было общего культурного или языкового фона. Они не доверяли нам и мало что выиграли от сотрудничества.

Они не станут рисковать конфликтом с Каморрой и Фамильей. Братва? У Чикагского Пахана, который управлял большей частью Братвы на Среднем Западе, был своего рода пакт о ненападении с Римо Фальконе.

Инес издала сдавленный звук.

— Это даже хуже, чем я думаю, не так ли?

— Нет, — твердо ответила я. — Наряд и раньше переживал кризис, и мы всегда выходили из него, потому что были вместе. Римо пытается вбить клин между нами, вот почему он попросил город Пьетро. Он хочет посеять инакомыслие в нашей семье, но мы ему этого не позволим.

Мы не позволим ему разрушить нашу связь, потому что Серафине понадобится крепкая семья, когда она вернется.

Инес слабо улыбнулась.

— Данте прав. Ты была бы великим Консильери.

Легко было давать советы, когда тебе не приходилось терпеть ответную реакцию. Я могла высказать Данте свое мнение, потому что в конечном счете именно его будут судить за это. Он должен нести на себе всю тяжесть ответственности.