Связанные прошлым

Я внимательно осмотрел окрестности, но не обнаружил никаких снайперов на соседних крышах. Отчаянные глаза Рокко поймали мой взгляд, и он попытался вырваться из своих пут, пытаясь заговорить, несмотря на заклеенный скотчем рот. Мы бросили его на землю и стали ждать. Нас встретила сухая жара, и по моей спине под толстыми слоями костюма потекли струйки пота.

Данило с отвращением посмотрел на Рокко, но тот не сводил с меня глаз, все еще надеясь, что я передумаю.

Пьетро остановился рядом со мной, на лбу у него блестели капельки пота.

— Блядь. Я чертовски боюсь увидеть Фину…

Данило сжал губы и опустил взгляд на землю.

— Скоро она будет в безопасности, — твердо сказал я.

— Терпеть не могу, когда я вот так, без оружия, — сказал Данило после нескольких минут молчания.

Мне тоже было трудно стать таким уязвимым на вражеской территории, но я не думал, что Римо откроет огонь по нам. Это был не его финал, не сегодня.

Подъехавшая машина остановилась примерно в девяносто одном метре от нас.

Рука Данило метнулась к кобуре.

Данило неохотно отдернул руку и опустил взгляд с крыши, затем его глаза расширились.

Я проследил за его взглядом в сторону автомобиля, и мои мышцы напряглись, когда Римо Фальконе вышел вместе с Серафиной. Она была одета в свое разорванное и окровавленное свадебное платье. Мгновение спустя Фабиано тоже вылез из машины, целясь в нас из пистолета.

Рокко издавал отчаянные звуки, но я не обращал на него внимания.

— Боже милостивый, — прохрипел Пьетро.

— Ты поступил очень опрометчиво, напав на нашу территорию, Данте, — протянул Римо, притягивая Серафину к себе.

Пьетро качнулся вперед, но я схватил его за руку.

— Блядь. Я сдеру шкуру с этого ублюдка. Убью его на хуй за то, что он прикоснулся к ней, — прорычал Данило.

— Не двигайся, — приказал я.

Римо, наверное, ждал какого-нибудь шоу. Это доставило бы ему дополнительное удовлетворение.

Серафина даже не взглянула в нашу сторону. Она уставилась в землю, сгорбив плечи. Она выглядела сломленной и еще более пристыженной, хотя для этого у нее не было абсолютно никаких причин. Это наша вина, а не ее. Когда она наконец подняла глаза и посмотрела на Пьетро, он резко втянул воздух. Страдание на его лице и выражение безнадежности на ее, пробились сквозь трещины в моей броне, но я боролся со своими эмоциями.