– Я, а что случилось? – насторожилась та.
– Ну и на фига?
Разговор носил несколько странный характер. Серафима пригляделась к женщине и вдруг узнала ту даму, которая стояла на лестничной площадке в день похорон, пуская кольца дыма в мужском коллективе. Они тогда с Лилькой представились работниками конкурирующей фирмы, а потом спешно удрали, дабы не навлекать лишних расспросов. И вот теперь эта соседка стояла перед Серафимой и размахивала тушкой голубя.
– Чего это вы тут бациллами трясете? – перекосило Серафиму.
– Не мучьте птицу, возьмите и похороните ее вон в том мусорном баке! Прям перед носом крутит…
Соседка перестала трясти птицей и удивленно вытаращила глаза.
– Я смотрю, тебе не нравится? – потрясло ее эдакое открытие."
"– Да уж! – демонстративно отвернулась от нее Серафима. – А если вам в удовольствие над бедной птичкой куражиться, так идите вон. Да, просто идите отсюда! Живодерка!
Соседка отшвырнула птицу на газон, вытерла руки о штаны и присела к Симе на скамейку.
– Стало быть, не ты… – проговорила она. – Понимаешь, проклятье на мне: то лапы куриные возле двери найду, то вот целого голубя дохлого кто-то подкинул. Потому и спросила – не ты ли постаралась? Вроде еще раннее время, кому, кроме тебя, в голову такая дурь придет – вставать ни свет ни заря. А это не ты…
– Ко мне такая дурь тоже бы не пришла – тащиться к вам, чтобы пернатых подкидывать, – взбрыкнула Серафима. – Просто меня попросили к Костеренко зайти, окна помыть, а у них еще света нет, вот и сижу, жду, когда проснутся.
Женщина жутко обрадовалась. Вскочила и захлопала себя по бокам:
– Надо ж, счастье-то какое! Ты, слышь чего, – пока Алиса спит, пойдем ко мне, а? У меня окна вымоешь!
– Ага, делать мне больше нечего! Я же не просто так к Костеренко, а помочь несчастной вдове. А вы – несчастная вдова?
Соседка призадумалась.
– Вот видите, – не дала ей ответить Серафима. – С какого ж перепугу я у вас батрачить стану?
– А я, может быть, просто несчастная! – наконец догадалась та и напустила в глаз слезу.
– Знаешь, какая я несчастная? Пойдем расскажу. Пойдешь?
Серафима на ноябрьском ветру уже изрядно продрогла, поэтому к соседке не просто пошла, а побежала впереди самой хозяйки.
– Ты ведерко-то свое тут оставь. Чего его в чистую кухню прешь? – гостеприимно рявкнула соседка. – Проходи, руки мой и за стол, я пока чай поставлю.
