Вероника Андреевна лежала на высоко поднятых подушках и смотрела в окно. Солнечный день ее не радовал. Она уже знала, что прилетела полиция, что все преступники задержаны, что найдена похищенная взрывчатка и скоро поселок снова заживет своей спокойной, сонной жизнью. Она уже не надеялась, что Гуров придет попрощаться с ней. А ведь он улетит обязательно. Что ему тут…
– Здравствуйте! – Гуров прислонился к косяку и некоторое время стоял, глядя на лицо Вероники Андреевны. Женщина порозовела и потупила глаза. На ее лице было написано неподдельное удовольствие.
– Вы извините, что я не заходил к вам целых два дня. Тут такое у нас было… Но теперь все в полном порядке! И…
– И вы уезжаете?
– Да! – кивнул сыщик. – Вот зашел попрощаться. Все-таки я вас столько нес на руках, что просто неприлично уехать, не попрощавшись.
– Вы все шутите, – грустно отозвалась она. – А я надеялась… нет, рассчитывала… Господи, как же трудно сказать…
– Не надо, Вероника. – Гуров подошел и присел на край постели, взяв ее руку в свою. – Это все лишнее.
Я женат, вы это знали с самого начала. И мы любим друг друга, мы счастливы вместе. Так стоит ли ломать это счастье? Давайте, как водится в таких случаях, останемся друзьями.
– Конечно, – посмотрев на Гурова влажными глазами, кивнула Вероника.
– Я вам оставлю подарок. Я не знал, кому его везу, кому буду дарить, просто мне эта штука понравилась, и теперь хочется подарить ее вам.
Лев вытащил из кармана куртки красную коробочку с кнопкой и протянул Веронике. Его лицо дрогнуло, когда он вдруг осознал, как эта коробочка похожа на те, в которых женщинам предлагают кольца, когда просят руки.
Да, зря он это затеял, ведь у нее мелькнула такая же мысль.
Вероника повертела в руках коробочку и с улыбкой нажала кнопку. Вместе с визгом выскочившего на пружине чертенка раздался ее короткий испуганный возглас. Флешка, купленная в поезде, имела форму головы чертенка.
– Спасибо, – прошептала она, закрывая коробочку и прижимая ее к груди. – Я буду беречь его. Беречь и вспоминать вас.
Впервые в жизни мне встретился настоящий полковник! И он занят. Не удалось мне заманить вас…
Идя к вертолету, Гуров думал о том, чем могла закончиться вся эта история. Она не договорила тогда, но наверняка хотела сказать слово «западня». Ему вдруг стало очень жалко Веронику Андреевну, для которой этот поселок, в отличие от Гурова, стал настоящей западней. Когда она отсюда выберется, куда?
Он постоял на подножке вертолета и посмотрел на поселок. Да, везде живут люди.
