Судя по всему, он уже заканчивал свою работу.
– Шейные позвонки сломаны, – сообщил он, едва Гуров подошел.
– Значит, ее все-таки повесили, – сделал вывод Лев.
– Не думаю, – возразил Козлов. – В этом случае полоса на шее от веревки была бы другого цвета. Я бы сказал, что это вообще не странгуляционная борозда в строгом смысле слова. Веревка лишь фиксировала тело привязанным к «тарзанке».
– То есть она умерла не от удушения, а от утопления?
– Как же я не люблю вот эти вопросы и выводы раньше времени! Ну ей-богу, Гуров, дождись ты результатов вскрытия! – недовольно буркнул эксперт.
– Некогда ждать, Коля, некогда, – вздохнул Лев. – Мне убийцу надо искать, а я даже не знаю, каким образом он лишил жертву жизни.
– Знаешь, я не думаю, что, если выскажу тебе свои соображения, на теле жертвы высветится имя убийцы! – язвительно произнес Козлов. – Но раз тебе уж так невтерпеж, могу поделиться своими мыслями неофициально. Неофициально, Гуров! – подчеркнул он. – И не вздумай занести мои слова в протокол, Крячко! – полуобернувшись, погрозил эксперт пальцем Стасу, который уже навострил уши.
– Да давай уже, не томи! – махнул рукой Станислав. – Ее утопили?
– Думаю, что нет. По предварительным данным, могу предположить, что ее погрузили в воду уже мертвой. Ее убили, сломав шею.
– Сломав шею… – задумчиво повторил Гуров, почесав подбородок. – Значит, убийца мужчина?
– Нет, Гуров, ну, вот что это такое, а? – начал злиться эксперт. – Откуда я знаю – мужчина, женщина? Вот я так и знал: тебе только дай палец – ты всю руку отхватишь!
– Ага, он такой, – кивнул Крячко.
– Прямо рыба барракуда! Веришь, боюсь с ним наедине оставаться.
– А ты, Крячко, вообще молчи! И ты не лучше! С вами чуть поделишься, вы и давай душу выворачивать! Знаете же, как я ненавижу вопросы по поводу личности убийцы! Это не наше дело, понимаете? Не экспертов! Убийцу вы должны искать! А вы готовы на нас всю работу переложить!
Козлов завелся не на шутку, яростно бросая в чемоданчик свои инструменты. С силой захлопнув его, он поднялся с колен и демонстративно отошел к машине.
Гуров бросил на Крячко недоумевающий взгляд – мол, чего это с ним? Стас лишь пожал плечами, затем махнул рукой и шепнул:
– Это ж Козлов.
Вспышки гнева были характерной чертой судмедэксперта Козлова. Те, кто работал с ним часто, давно к этому привыкли и не обращали внимания, прекрасно зная, что вспышки эти никогда не длятся долго и уже через несколько минут Козлов придет в нормальное расположение духа.
