Свидетельница

– Как – не Николай? А кто же это? – недовольным голосом спросила «начальница». Ее явно раздражала настырная бабуля.

– Это святой и праведный Сергий Радонежский…

– Да? А так похож…

– А Никола Угодник вон в том приделе. Только свечи покудова зажигать не надо. Увидишь, когда можно.

Женщина, не привыкшая к тому, чтобы ей указывали, отошла с недовольным видом. Ворча себе под нос, стала пробираться в указанном направлении. Кира почувствовала, что краснеет. Ей было стыдно, будто это она допустила такую оплошность. А ведь, по сути, так и есть.

"Решила подождать момента, когда можно будет зажечь свечи и подойти к иконам.

И в самом деле, как и предупреждала бабулька, что-то случилось впереди у алтаря, Кира не успела понять – что именно, но в храме произошло движение, и сразу стало светлее, кругом на подсвечниках зажгли погашенные ранее свечи, как-то сильнее и веселее запел хор.

Кира поставила свечу и перекрестилась.

– Неправильно крестишься, – шепнула дотошная бабуля. – Гляди, как надо.

Бабуля показала, как надо сложить пальцы, и затем широко перекрестилась – от середины лба к животу и от правого плеча к левому. Во весь размах.

Кира подавила в себе желание огрызнуться на непрошеного советчика. Кивнула и поспешила отойти. Она примкнула к очереди, которая струилась вдоль стены.

Узнав, кто последний, Кира пристроилась и попыталась путем наблюдения выяснить – зачем, собственно, стоит народ.

– А вы готовились? – спрашивала одна другую. – Надо было специальные молитвы читать, поститься три дня. А сегодня с утра не есть и не пить.

Женщина ответила, что не готовилась, вздохнула и отошла.

Кира примерила на себя непременные условия исповеди и поняла, что готова только наполовину. Молитв специальных она не читала.

Моя бабушка сильно засомневалась и уже хотела отойти ни с чем, но подошла очередь.

Она растерялась. Всегда уверенная в себе женщина-профессор почувствовала себя провинившейся ученицей. Так и подмывало сказать: «Извините, я не выучила».

– Слушаю вас, – нарушил молчание священник.

– Я впервые на исповеди, – краснея, призналась Кира. – К Богу прихожу поздно…

– Лучше поздно, чем никогда, – улыбнулся священник.

– Ничего не знаю и не понимаю, – ободренная, продолжала она.

Батюшка кивнул.