Свита короля

Эндрю проследил глазами за телефоном, который отскочил от дивана и заскользил по ковру. Спросит или нет? Нил поцеловал Эндрю в шею, надеясь отвлечь, и тот неожиданно вздрогнул. Нил счел это достаточным поводом, чтобы повторить действие. Эндрю отвернул лицо, но все равно они стояли так близко, что Нил заметил у него на коже мурашки. Прежде чем Нил успел что-то сказать, Эндрю закрыл ему рот поцелуем. Сильнее прижал его к стене, на ощупь изучая через футболку от плеч до пояса и снова от пояса до плеч. Всего две недели назад он прикасался к коже Нила, когда рассматривал шрамы, но сейчас Нил испытывал совершенно иные ощущения.

Эндрю как будто запоминал каждый сантиметр, каждую черточку его тела. Ладони Эндрю впервые были такими тяжелыми и такими горячими. От каждого движения его требовательных пальцев – то порхающих, то надавливающих – по венам Нила прокатывались волны жара. Это лишало покоя, заставляло изнывать, отчаяннее искать губы Эндрю и чувствовать, как тесно ладоням, запертым в джинсовом плену на бедрах.

Нил уже и не помнил, когда в последний раз до кого-то дотрагивался. Это было не с той девушкой в Канаде – кажется, с ее предшественницей. Нилу впервые хотелось касаться Эндрю и изучать его тело так же, как делал сам Эндрю. Он хотел отыскать такие места, от прикосновений к которым Эндрю не устоит. Нил не произнес этого вслух, однако Эндрю как будто бы его услышал: пальцы Миньярда скользнули к запястьям Нила и оказались в карманах его джинсов. Эндрю, как видно, не сомневался, что Нил послушно держит руки при себе.

Поняв это, Нил засунул их еще глубже в карманы. Эндрю крепко сжал его запястья, пытаясь помешать. Через полсекунды он вызволил руки Нила и поднес их к своей голове.

Впился в его губы, точно хотел наставить синяков, после откинул голову назад и пристально посмотрел Нилу в глаза.

– Хорошо, – кивнул тот и, едва Эндрю ослабил хватку, запустил пальцы ему в волосы. Достижение небольшое, и все-таки возможность за что-то держаться придавала ему уверенности. Может быть, причина наслаждения, медленно кипевшего у него внутри, заключалась именно в доверии Эндрю, который наконец разрешил к себе прикоснуться? Нил решил, что подумает об этом позже.

Сейчас мысли занимало лишь одно: как притянуть его для следующего поцелуя?

Эндрю неторопливо отпустил запястья Нила и уперся ладонью ему в грудь. Они застыли в этой позе на миллион лет – Эндрю испытывал его на прочность, а он стоял бы так сколько угодно, лишь бы целоваться, пока не онемеют губы.