Свита короля

Сообразив, что онемевшими пальцами расстегнуть его не получится, она бросила безуспешные попытки и уперлась шлемом в шлем Нила.

– Вот как, значит, чувствуешь себя, когда умираешь? – спросила она и, обернувшись, простонала: – Детка, я умираю. У меня вообще есть ноги? Боюсь даже посмотреть. По-моему, они отвалились. Я больше не смогу ходить.

– Так-так, – сказала Лайла, притрусив к подруге. – Придется тебе срочно что-то придумать, потому что я твою жирную тушку с поля точно не вытащу.

– Как грубо, – обиженно заметила Альварес и принялась слепо шарить рукой в поисках плеча Лайлы, пока та наконец не обхватила ее за пояс и не отцепила от Нила.

Альварес все еще улыбалась своей широкой, полубезумной улыбкой, отчасти напомнившей Нилу ухмылку Лолы, отчасти – глуповато-радостное выражение лица Ники. Он постарался припомнить, не получала ли его «опекунша» во время матча по черепушке, хотя знал, что сегодня «Лисы» сознательно воздерживались от применения силы, что было вполне справедливо, учитывая благородное спортивное поведение «Троянцев».

– Фантастика! – восхищенно произнесла Альварес. – Хочу еще! Может, в следующем сезоне, когда у меня заново отрастут ноги…

– Прекрати вести себя как ребенок, – нахмурилась Лайла.

– Не обращай на нее внимания, – сказала Альварес Нилу. – Она просто куксится, потому что за сорок пять минут пропустила девять мячей. Хотя что в этом такого – не личный же антирекорд, в самом деле. Или… черт, он самый. Ой-ой, как неприятно! Для первого раза многовато.

– Сучка, – беззлобно бросила Лайла.

– Это тебе за то, что обозвала меня жирной! – Альварес перевела взгляд на Нила и взмахнула рукой: – Упс, кажется, праздник начался без тебя. Давай, давай, дуй к своим!

Нил оглянулся: Лисы ликовали, сгрудившись в центре поля. Он уже собрался уходить, но потом снова посмотрел на обеих девушек.

– У вас нереальная команда, – признал он, вдохновившись честностью Альварес. – Мы будем болеть за вас на следующей неделе.

Альварес показала поднятые большие пальцы, и Нил трусцой побежал к команде. Альварес за его спиной удивленно интересовалась, как кто-то еще способен бегать после «самого долгого матча на свете», однако Нил счел, что вопрос адресован Лайле, и не стал задерживаться для ответа. Завидев его, Дэн отделилась от команды и бросилась к нему. Она стиснула Нила в объятьях – так крепко, что едва не расплющила позвонки, – и не собиралась отпускать.