Аарон предупреждал его, что будет бороться за Кейтлин, но если он поставил вопрос именно таким образом – Нейл неизбежно должен был проиграть. Должно быть произошло какое-то недопонимание, и Аарон неправильно интерпретировал намерения Эндрю.
Хэммик опомнился быстрее:
— Погоди. Он что, сделал выбор в пользу Нейла? Как-то слишком серьёзно для мимолётного увлечения, не дума… — заметив непроницаемое выражение лица Нейла, Ники замолчал на полуслове. — Ох, так ты тоже не знал?
Проигнорировав слова Хэммика, Аарон кинул Нейлу связку ключей.
— Завтра мы меняемся комнатами. Теперь я могу приводить к себе Кейтлин, но я не собираюсь оставлять её в одной комнате с Эндрю. Гипотетически, он мог бы просто пообещать не вмешиваться, но у нас всё ещё большие проблемы с доверием.
— Вещи соберу утром, — отозвался Нейл.
Аарон вернулся к Кейтлин. А Ники по-прежнему смотрел на Нейла так, словно тот был величайшей загадкой человечества. До того, как у Хэммика появились неизбежные вопросы, Нейл направился в сторону лестницы.
Дверь в комнату братьев оказалась закрыта, однако теперь у Нейла были ключи Аарона. Он нашёл Эндрю, неподвижно утопающим в насыпном кресле с початой бутылкой в руках. Телевизор не работал, однако Миниярд смотрел на него так, словно пытался разглядеть что-то на тёмной поверхности экрана. Он не спросил, как Нейл попал внутрь. Возможно, они с Аароном уже успели обсудить детали грядущих изменений.
Закрыв за собой дверь, Нейл неспешно пересёк комнату. Эндрю без вопросов и сопротивления позволил забрать у него бутылку водки.
Затянув крышечку потуже, Нейл отставил водку в сторону, чтобы случайно не перевернуть её. А когда он повернулся, Эндрю уже ждал его – впившись пальцами в кромку воротника, Миниярд потянул его на себя. Нейл упёрся ладонью в шершавый ворс ковра, чтобы сохранить необходимое расстояние между их телами, а другую руку опустил на насыпное кресло рядом с головой Эндрю. Эндрю скользнул ладонью по его руке от плеча к запястью.
— В прошлый раз ты говорил, что ненавидишь меня, — напомнил Нейл.
— Всё, что тебя касается, — подтвердил Эндрю.
Нейл слегка приподнялся, увеличивая расстояние между ними:
— Я не такой тупой, как ты думаешь.
— А я не такой умный, каким себя считал, — согласился Эндрю. — Больше я так не просчитаюсь. Хотя, возможно, всё дело в моей непреодолимой тяге к саморазрушению.
Если бы не это «больше», Нейл бы решил, что это как-то связано с их неприятным разговором в среду.
