Священный любовник

Сам факт, что Хекс вызвала его на разговор о том, что он не хотел разбирать по косточкам, переходил все границы.

Правда заключалась в том, что часть его любила то, что происходило раз в месяц. И такая реальность была просто невыносима, когда он находился в мире, в котором постоянно проживал, в мире, где дофамин разрешал ему существовать в относительно нормальном и здоровом виде.

Этим маленьким кусочком безобразной тайны в его сердце, он, стопроцентно точно, не станет делиться ни с кем.

Хекс положила руки на бедра и задрала подбородок — ее классическая поза во время их ссор.

— Позвони, когда закончишь.

— Как всегда. — Он смял в объемный комок чертежи для клуба, подхватил сумку и вышел из офиса, направляясь в переулок. Трэз, ожидавший в Бентли, заметив Рива, освободил водительское сиденье.

Глубокий, мелодичный голос Мавра возник в голове Рива. Я БУДУ ТАМ ЧЕРЕЗ ПОЛЧАСА, ЧТОБЫ ОСМОТРЕТЬ ОКРЕСТНОСТИ И ПРОВЕРИТЬ ХИБАРУ.

— Хорошо.

СКАЖИ, ЧТО ТЫ НЕ НА ЛЕКАРСТВАХ.

Рив сжал плечо парня.

— Уже как час.

ХОРОШО. АККУРАТНЕЙ ЗАРУЛЕМ, ПРИДУРОК.

— Нет. Я собираюсь целиться прямо в лесовозы и бродячих оленей.

Трэз закрыл дверь и сделал шаг назад. Скрестив руки на широкой груди, он выдавил редкую улыбку, его белые клыки мелькнули на черном, красивом лице. На долю секунды его глаза сверкнули ярким, хризолитово-зеленым цветом… эквивалент подмигивания у Мавров.

Отъезжая, Рив был рад, что Трэз прикрывал его. Мавр и его брат, айЭм владели необычными трюками, с помощью которых могли создать сложности даже симпату.

"Рив взглянул на часы в приборной панели Бентли. Он должен встретиться с Принцессой в час ночи. Учитывая, что на север два часа пути, а сейчас уже одиннадцать пятнадцать, ему придется ехать так, будто за ним черти гонятся.

Отъезжая, он подумал о Хекс. Он не хотел знать, как она пронюхала о сексе… чертовски надеялся, что она будет уважать его желания, не появится там и не устроится в засаде в кустах.

Ему была ненавистна мысль, что ей известно, что он простая шлюха.

* * *C одной стороны, Фьюри не мог поверить, что слова «я — девственник» сорвались с его губ. С другой стороны, он был рад, что сказал их.

Но он понятия не имел, о чем думала Кормия. Она была невероятно тиха.

Он отстранился настолько, чтобы уложить свой член назад в брюки и застегнуть ширинку, потом поправил ее мантию, сдвигая вместе две половины, укрывая ее прекрасное тело.