Священный любовник

Ты можешь посмотреть на вампиров в кино, правда, как правило, они не хорошие. И фильмы, и вампиры».

Кормия медленно опустилась на диван напротив телевизора, Джон устроился в кресле рядом с ней. Бесконечные изменения изображения так увлекали, и Джон рассказывал о каждом канале отдельно, с комментариями для нее. Она не знала, как долго они просидели вместе, но он не казался раздраженным.

Какие каналы смотрит Праймэйл, подумала она.

В конце концов, Джон показал ей, как выключить изображения. Разгоряченная от волнения, она посмотрела вперед на стеклянные двери.

— Снаружи безопасно? — спросила она."

"«Абсолютно. Территорию окружает огромная защитная стена, к тому же повсюду развешаны камеры видеонаблюдения. Более того, нас защищает мис. Ни один лессер никогда не входил сюда, и этого никогда не произойдет… о, а белки и олени безопасны».

— Я бы хотела выйти наружу.

«Я был бы рад пойти с тобой».

Джон засунул блокнот под руку и подошел к одной из стеклянных дверей. Отодвинув задвижку, он открыл одну створку красивым взмахом руки.

Внутрь ворвался теплый воздух, который пах иначе, чем в доме. Он был богатым. Смешанным. Знойным, от ароматов садовых цветов и влажного тепла.

Кормия поднялась с дивана и приблизилась к Джону. По ту сторону террасы, озелененные сады, на которые она так долго смотрела с высоты, растянулись на расстоянии, казавшемся ей огромным. С ее красочными цветами и цветущими деревьями, перспектива ничем не была похожа на монохромные угодья Святилища, так даже было лучше, так было красивее.

— Сегодня день моего рождения, — сказала она без особой причины.

Джон захлопал и улыбнулся. Затем он написал, «Я должен был принести тебе подарок».

— Подарок?

«Ну, ты знаешь, подарок. Для тебя».

Кормия высунулась наружу и запрокинула голову вверх. Небо было темно — синим, атласным, с мерцающими огнями на его складках. Изумительно, подумала она. Просто чудесно.

— Это — подарок.

Они вышли из дома вместе. Плоские камни террасы холодили ее босые ноги, но воздух был теплым, как вода в ванне, и ей нравился этот контраст.

— O… — Она глубоко вдохнула. — Как красиво…

Оборачиваясь, она смотрела на все это: величественную гору особняка. Пушистые, темные верхушки деревьев. Холмистую лужайку. Цветы в ухоженных клумбах.

Легкий ветерок был нежным, как дыхание, и нес в себе аромат слишком сложный и опьяняющий, чтобы можно было его определить.

Джон позволил Кормии вести, ее осторожные шаги привели их к розам.