Священный любовник

— Это просто фантастика. Похоже на каркас дома."

"— Вам нравится? — Она опустилась на колени. — Я на самом деле сделала это только что.

— Я люблю архитектуру и искусство. И это… линии просто замечательные.

Она наклонила голову, как будто обдумывая структуру, и он улыбнулся, подумав, что он точно также рассматривал свои рисунки.

Повинуясь какому-то порыву, он сказал:

— Может, ты хотела бы спуститься в коридор со статуями? Я как раз собирался прогуляться. Он возле лестницы.

Когда она взглянула на него, он увидел в ее глазах знание, которое застало его врасплох.

И он понял, что дело было не в том, что она выглядела иначе. Дело было в том, что теперь она смотрела на него не так, как раньше.

Черт, возможно, ей действительно понравился Джон. То есть, на самом деле нравился. Как же он все усложнил.

— Я хотела бы пойти с Вами, — сказала она. — Мне хотелось бы посмотреть на статуи.

— Хорошо. Это… хорошо. Пойдем. Он встал на ноги и вдруг протянул ей руку.

Через мгновенье, ее ладонь скользнула в его.

— Пойдем, — пробормотал он. И повел ее к двери.

Когда они вышли в коридор, Кормия не могла поверить, что ее рука лежала в руке Праймэйла. После того, как она так долго мечтала провести с ним хоть немного времени наедине, казалось нереальным, что это, наконец, произошло, и даже более — что он касается ее.

Когда они направились туда, где она побывала чуть ранее, он отпустил ее руку, но остался рядом. Его хромота была едва заметна, лишь легкая неровность в его элегантной походке, и, как обычно, для нее он был красивее, чем любое произведение искусства.

Она беспокоилась за него, и не только из-за того, что случайно услышала.

Одежда на нем отличалась от той, что он одевал на трапезы. Кожаные брюки и черная рубашка — в таком виде он сражался — сейчас были все в пятнах.

Кровь, подумала она. Его и врагов расы.

Но это было не самое худшее. Вокруг его шеи виднелись отметины, как будто кожу чем-то повредили, лицо и руки покрывали синяки.

Она подумала о том, что о нем сказал король. Опасен для себя и для других.

— Мой брат Дариус коллекционировал произведения искусства, — сказал Праймэйл, когда они подошли к кабинету Рофа. — Они принадлежали ему, как и все в этом доме. Теперь все перешло Бэт и Джону.