С некоторым ужасом я обнаружила на его рубашке несколько капель крови и вспомнила окровавленную девушку в этих крепких руках.
Мне стало действительно страшно.
Юлиан смотрел на меня убийственным взглядом, словно намеревался прожечь во мне дыру.
- Спишь, распутница? - процедил он, и я поняла, что ненависти в его глазах стало ещё больше. – Нет, ты не просто распутница, ты – убийца! Страшное существо, самая настоящая ведьма, которая недостойна того, чтобы жить! Почему я ещё не убил тебя? Наверное, потому что месть страшнее смерти.
Я хочу своими глазами наблюдать, как ты будешь унижена и растоптана. Я хочу видеть, как ты будешь захлёбываться рыданиями и умолять меня о милости. Но я не чудовище, чтобы действовать твоими методами. Я уже понял, что для тебя нет ничего, важнее гордости, поэтому... я тебя её лишу! А сейчас на выход! С этого дня ты будешь жить в конюшне и ежедневно по нескольку раз убирать навоз в стойлах моих лошадей. Я лично буду принимать твою работу, и, если, не дай Бог, ты не справишься, пеняй на себя!!!
Я слушала пьяного герцога с ужасом на лице, искренне не понимая, что послужило усилением его ненависти к Сюзанне.
Мы не виделись несколько дней, я не давала ни малейшего повода злословить меня... хотя… Ариадна. Точно! Я не покорилась его любовнице, как же я могла об этом забыть! И это приравнялось к очередному «жуткому» преступлению.
Сжала губы.
- Выйдите, пожалуйста, чтобы я могла надеть платье, - проговорила спокойно, - и тогда я пойду на конюшню…
- Нет! - как отрезал герцог.
– Пойдешь так!
Сделал несколько нетвердых шагов вперед, заставив меня дёрнуться, потом пальцем подцепил край плаща и, откинув его, начал рассматривать моё нижнее платье.
- Прекратите! – отшатнулась я, обратно кутаясь в плащ. – Это неприлично! Вы хотите, чтобы на вашу невесту в одном белье пялились другие мужчины?
Юлиан скривился.
- Тебя же это обычно только возбуждало, невестушка! Ты же только того и ждёшь, чтобы перед кем-то оголиться! Хватит прикидываться святой, потаскуха! Одевайся! У тебя минута!!
И вышел из спальни, оставив меня подрагивать от напряжения.
Этот демон во плоти сам не знал, чего хотел. То иди так, то одевайся! Понятно, что его желание – причинить мне как можно больше душевной боли.
Я стремительно впрыгнула в платье и кое-как заколола волосы булавками. Орудовать одной рукой было трудновато, потому что вторую старалась не нагружать, но справилась я быстро.
