Святоша

Адепты старательно приводили кладбище в порядок. Я было ринулась на помощь, но меня остановили. Милорд преподаватель по боевому искусству принялся расспрашивать о самочувствии. Умертвие двинуло меня костлявой конечностью в грудь – наверное, на этом месте будет здоровенный синяк, а еще ссадина на спине. Немного болело, но… Ерунда, ерунда! Нет, осматривать меня не надо. Вернее, не покажу! Вернусь домой, и вот тогда… Я бы посмотрела на Кайла, но до него уже добрались девочки с четвертого курса. Лилли пришла в себя, и теперь они в четыре руки лечили царапину на лице парня.

Тут я поняла, насколько устала. До шума в голове, до дрожи в ногах. Устала так, что почему-то захотелось уткнуться в темную тунику милорда преподавателя, чтобы он обнял или успокоил. Или же в черную одежду Чиаро Ваза, который стоял чуть поодаль, не вмешиваясь в происходящее. Наблюдал, прислушиваясь к нашему разговору, окруженный учениками, которые за ним сквозь огонь, воду и медные трубы. Лучший декан на свете, – помню, заявили они. И вот тут, именно на этом месте, уловив внимательный взгляд дракона, я поняла, что окончательно сошла с ума.

Они оба – Этар Хаас и Чиаро Ваз – одинаково мне дороги!

– Все свободны, – наконец, возвестил магистр Шаррез. – Проваливайте с моего кладбища. По домам, дурни!

Я задержалась. Смотрела, как уходили адепты, как Сайари, бросив на меня странный взгляд, пошла к магистру Шаррезу, и тот, скривившись, принялся отвечать на ее вопросы по некромагии.

– Горжусь тобой, – произнес Чиаро Ваз.

Обернулся и улетел, и драконов за собой увел. Они взлетели аккуратно, не свалив ни одного надгробия, видимо, опасаясь плохой отметки по некромагии. Я же посмотрела на Этара Хааса и загадала, что он не будет, вернее, не скажет мне ни единого слова про магистра Ваза. Не сказал.

– Иди ко мне! – распахнул объятия.

И я пошла. Обнял, поцеловал в макушку. Нас могли заметить, но мне было все равно. Ему, по-видимому, тоже. Закрыла глаза, прижавшись к чужой груди, чувствуя, как размеренно бьется чужое, нет, родное сердце.

– Испугался, – пожаловался он, – за тебя. Мне давно не было так страшно, Лайне!

– Мне тоже не сказать, что по себе… Но все вышло даже лучше, чем я думала.

– Это был Хоггис, не так ли?

– Да.

– Выставить из Академии?

– Не стоит. Боги с ним! Забудь.

– Простила? Конечно же, ты его простила! Ты ведь всех прощаешь…

– Пусть все останется так, как прежде.

Мы постояли еще немного, затем пошли к выходу.