Святоша

Строгие, сосредоточенные мужчины и женщины, которые, казалось, ничем не отличались от нас. Обманчивое чувство! Их точеные, с правильными чертами лица были слишком красивыми. Нет, не так! Женщины Кемира бывают разными. Красивыми и не очень, полными, худыми, рябыми… Женщины ар-лордов выглядели идеальными, независимо от возраста."

"Тут грянул гимн на незнакомом языке, и присутствующие дружно опустились на колени. Лишь наша группа остались стоять. Склонили головы, отошли чуть в сторону, пропуская процессию, ступающую по длинному кроваво-красному ковру, ведущему к трону.

Во главе – молодой Верховный Жрец в черном одеянии, с массивным золотым посохом, который венчал огромный круглый рубин. Блики от множества свеч играли на бритом черепе мужчины, отражались от камня на его посохе, оставляли кровавые тени на сосредоточенном лице. Следом за Верховным шествовало еще четверо жрецов, державших черное с золотой вышивкой знамя, на котором был изображен оскаленный клыкастый зверь. Слава Богам, такие не водятся в Кемире!. . За ними – Роган Хаас в парадной одежде и с тяжеленной золотой цепью на груди и его брат, сопровождаемые Старейшинами.

И я подумала…

Ар-лорды больше полувека назад ушли из своего мира, от которого осталась лишь выжженная пустыня, а от племени – небольшая горстка уцелевших. Хорошо, если наберется тысяча… В Храме присутствовало меньше половины. Многие попросту не успели доехать, чтобы поклониться новому королю. Да и коронация… Ары признали власть правящей династии Кемира, и эта церемония – лишь формальность.

Дань уважения традициям племени, от которого вот-вот ничего не останется.

Но – почему? Что пошло не так?

Их собственные Боги уничтожили мир Двух Солнц, но позволили горстке своих детей найти путь к спасению. Так почему же они привели их в Кемир, если люди и ар-лорды несовместимы? Почему в племени не рождаются дети? И… Почему этот молодой бритоголовый Жрец прожигает меня взглядом, словно пытается наделать дырок в моем белом платье? Ведь мы – лишь гости, стоим в сторонке, никого не трогаем, приглашены королевской семьей.

Ему же, по хорошему счету, надо вести церемонию. Во-он, седобородые старейшины волнуются, один даже многозначительно прочистил горло, нарушив повисшую тишину.

Словно очнувшись, Жрец подхватил гимн, и его голос смешался с хором других – красивых, торжественных, льющихся из алькова позади нас. Затем повернулся к Рогану Хаасу, указал на трон.