— Рожденный в крови, поклявшийся на крови, я клянусь, что сегодня не буду пытаться украсть твою невинность и не причиню тебе вред.
Его губы скривились, и он кивнул в сторону пореза на руке.
— Я уже пролил кровь, это скрепит клятву. Рожден в крови. Поклялся на крови.
Он накрыл мою руку, расположенную на татуировке, и стал ждать.
— Рожденная в крови. Поклявшаяся на крови, — тихо произнесла я."
"Лука отпустил мою руку, и я опустила ее на низ живота, ошеломленная и смущенная. Клятва многое значила. Без лишних слов он погасил свет и вернулся на свою сторону кровати.
Слушая его ритмичное дыхание, зная, что он не спит, я закрыла глаза. Он не нарушил бы свою клятву.
ГЛАВА 7
Солнечный свет ударил мне в лицо. Я попыталась потянуться, но через талию была перекинута рука, а твердая грудь прижималась к спине. Хватило мгновения, чтобы вспомнить, где нахожусь, что произошло вчера, и я снова напряглась.
— Хорошо, ты проснулась, — сказал Лука хриплым ото сна голосом.
Меня поразило осознание. Лука.
Мой муж. Я была замужней женщиной, но Лука сдержал обещание. Он не подтвердил заключенный брак. Я открыла глаза. Рукой Лука сжал мое бедро и перевернул на спину. Он оперся на локоть, а его взгляд остановился на моем лице. Хотелось бы мне знать, о чем он думает. Было странно находиться в кровати с мужчиной. Хотя наши тела не соприкасались, я чувствовала исходящий от Луки жар. При свете дня шрамы на коже были менее заметны, чем прошлой ночью, но мышцы оставались все такими же впечатляющими.
Интересно, какими они будут на ощупь.
Он потянулся и взял мою прядь волос двумя пальцами. Я затаила дыхание, но мгновение спустя Лука отпустил ее, а выражение его лица стало задумчивым.
— Скоро в дверь постучится моя мачеха с тетками и остальными замужними женщинами нашей семьи, чтобы собрать простыни и перенести их в столовую, где, несомненно, все остальные уже ждут начала гребаного представления.
На моих щеках проступил румянец, и что-то в глазах Луки поменялось, холод сменился какой-то другой эмоцией.
Я посмотрела на маленький порез на его руке. Он был не глубокий и почти затянулся.
Лука кивнул.
— Моя кровь даст им то, чего они хотят. Это будет основой нашей истории, но от нас будут ждать деталей. Я знаю, я убедительный лжец. Но сможешь ли ты лгать каждому в лицо, даже матери, когда скажешь им о нашей брачной ночи? Никто не должен догадаться о том, что произошло. Из-за этого я буду выглядеть слабым.
Его губы с сожалением сжались.
