Валентина ничего не сказала, обняла, коснулась моей щеки и улыбнулась, прежде чем отойти и уступить место другой женщине. Мать стояла со сжатыми перед собой руками и осуждающим выражением лица. Радовало, что она не делилась историями о своей первой брачной ночи с отцом. Я шагнула к ней, и она крепко обняла меня. Как и отец, она не была слишком ласкова, но ее близость вызывала чувство радости.
— Как бы мне хотелось защитить тебя от всего этого, — прошептала она, прежде чем отойти.
На ее лице промелькнуло чувство вины.
Я кивнула; и не винила ее. Что она могла сделать? Отец не позволил бы ей переубедить себя и отменить договор.
— Лука не перестает смотреть на тебя. Должно быть, ты произвела на него сильное впечатление, — насмешливо произнесла мачеха Луки."
"Я повернулась в ее сторону и вежливо улыбнулась. Возможно, Лука просто хотел убедиться, что я случайно не выдам наш секрет. Уголком глаза я увидела позади открытую дверь, вслед за Фабио в комнату вошла Лили. Вероятно, они воспользовались случаем - Умберто пошел в туалет, - и убежали.
Джианна скорчила гримасу, когда наш брат остановился у простыней.
Высвободившись, я направилась в их сторону с Джианной, что следовала за мной по пятам. Мать была вовлечена в более чем вежливую беседу с мачехой Луки.
— Что ты здесь делаешь, мой маленький монстр? — спросила Джианна, хватая Фабио за плечи.
— Почему на простынях кровь? — он едва не сорвался на крик. — Кого-то убили?
Джианна расхохоталась, в то время как Лили выглядела откровенно огорченной видом простыней.
Думаю, это разрушило ее иллюзии о сказочных принцах и любви под звездами. Мужчины за столом тоже начали смеяться, и лицо Фабио сморщилось от гнева. Несмотря на восьмилетний возраст, у него был характер. Я надеялась, что он успокоится, в противном случае попадет в беду после своей инициации. Джианна взъерошила ему волосы.
— Ты поедешь в Нью-Йорк с Лукой? — спросил вдруг Фабио.
Я прикусила губу.
— Да.
— Но я хочу, чтобы ты поехала с нами.
Слыша, как он это говорит, я моргнула в попытке скрыть тоску.
— Знаю.
Лили ненадолго оторвала взгляд от простыней.
— Ты не хочешь поехать куда-нибудь в медовый месяц?
— Не сейчас. Русские и тайваньцы доставляют Луке неприятности.
Фабио кивнул, как будто понял, а может, так и было. С каждым годом он все больше узнавал о темном мире, в котором жил.
— Хватит пялиться на простыни, — тихо сказала Джианна, но Лили казалась слишком захваченной видом.
Ее лицо сморщилось.
— Думаю, меня сейчас стошнит.
