— О, мой Бог, это отвратительно.
На лице Луки мелькнула улыбка. Более расслабленное выражение лица заставило его выглядеть гораздо более доступным.
— Может, нам стоит пойти позавтракать.
Я сердито посмотрела на свой кофе.
— Насколько трудно может быть приготовление омлета?
Лука издал звук, который, возможно, был смехом. Затем его глаза скользнули обратно к моим голым ногам, которые почти касались его. Он положил руку на мое колено, и я замерла с чашкой возле губ. Он ничего не сделал, просто слегка провел большим пальцем туда и обратно по моей коже.
— Чем бы ты хотела заняться сегодня?
Я обдумала это, даже если его рука очень отвлекала. Я металась между желанием убрать его руку от моего колена и попросить, чтобы он продолжал ласкать меня.
— Утром после нашей брачной ночи ты спросил меня, знаю ли я, как бороться, так что, может, ты научишь меня, как пользоваться ножом или пистолетом, а возможно и кое-каким приемам самообороны.
Удивление отразилось на лице Луки:
— Думаешь о том, чтобы использовать их против меня?
Я вздохнула:
— Как будто я могла бы когда-либо победить тебя в честной борьбе.
— Я не сражаюсь честно.
Конечно, нет.
— Так ты научишь меня?
— Я многому хочу тебя научить, — его пальцы сжались на моем колене.
— Лука, — сказала я спокойно. — Я серьезно. Знаю, что у меня есть Ромеро и ты, но я хочу быть в состоянии защитить себя, если что-то произойдет. Ты сам сказал это, Братве будет все равно, что я женщина.
Доводы убедили его. Он кивнул:
— Хорошо.
У нас есть спортзал, где мы занимаемся и учимся борьбе. Мы могли бы пойти туда."
"Я улыбнулась, взволнованная тем, что выйду из пентхауса и займусь чем-то полезным.
— Я захвачу свою одежду для тренировки, — спрыгнув со стула, я побежала наверх.
***
Тридцать минут спустя мы припарковались перед обшарпанным зданием. Меня распирало от волнения, и я была рада, что нашлось что-то, способное отвлечь меня от вчерашнего. Мы с Лукой вышли из машины, и он нес наши сумки, когда мы вошли через ржавую стальную дверь.
Камеры видеонаблюдения были везде, и мужчина средних лет сидел в укромном уголке, где стояли стол со стулом, а также телевизор. В его кобуре было две пушки. Он выпрямился, когда увидел Луку, а затем заметил меня, и его глаза расширились.
— Моя жена, — сказал Лука с намеком на предупреждение, и мужчина резко отвел от меня пристальный взгляд. Лука положил руку мне на спину и слегка подтолкнул к другой двери, которая вела в огромный зал.
