Связанные кровью

Но теперь, на шестом месяце, я больше не могла скрывать от нее свою беременность. Не хотела этого.

Как мы все и договаривались, я поехала в Хэмптон после того, как мы вернулись из отпуска. Официальное объяснение, почему я больше не занимаюсь пилатесом и йогой, состояло в том, что я сломала запястье во время отпуска и нужно время, чтобы оно зажило. Теперь мне просто необходимо держаться подальше от глаз общественности до начала Апреля, когда должен родиться ребенок.

Я сидела, завернувшись в уютное одеяло, на диване и смотрела, как пламя лижет верх камина.

Звук подъехавшей машины привлек мое внимание. Маттео остался в Нью-Йорке, чтобы заняться делами с Лукой, но Ария и Лили присоединятся ко мне со своими детьми сегодня и останутся до Рождества, чтобы мы все вместе смогли отпраздновать. Конечно, я была не одна в особняке. Двое охранников сопровождали меня и дежурили у камер наблюдения, убеждаясь, что я в безопасности.

Мой живот перевернулся, когда вошла Лили, сопровождаемая ее собственным телохранителем, который нес Сару. Он усадил малышку, которая тут же с ухмылкой бросилась ко мне и забралась на диван рядом. Я улыбнулась ей. Она была гораздо более тихим ребенком, чем Марселла или Амо. Судя по танцору в моем животе, это был бы не колеблющийся тип.

Лили присоединилась ко мне, ее глаза тревожно прищурились. Она взглянула на мои невредимую руку и нахмурилась. Она, должно быть, слышала слух о сломанном запястье от одной из женщин на тренировке по йоге.

— Я в порядке, — немедленно ответила я. — Нам нужно было придумать ложь, почему я залегла на дно.

Лили откинулась назад, ожидая, и, как обычно, прижала руку к своему очень выпуклому животу. Несмотря на то, что ее беременность всего на неделю вперед, ее живот уже был намного больше. Может, потому, что это был ее второй ребенок, а может, потому, что она не так отчаянно пыталась скрыть это от мира. Сара свернулась калачиком, положив голову на колени Лили, и моя сестра тут же принялась гладить ее по волосам.

Я отвернулась, теряясь в пламени.

— Ты же знаешь, я не хочу детей.

Лили кивнула, но нахмурилась еще сильнее.

— И я все еще не хочу…

Я откинула одеяло, открывая живот, который мой свитер и спортивные штаны больше не могли скрыть.

Глаза Лили распахнулись, ее шок был почти комичен по своему размаху.

— Вау. Я… — она захлопнула рот и покачала головой.

— Да, — прошептала я.