Связанные ненавистью

Она не оттолкнула мою руку от того места, где она ее гладила. Может быть, она не заметила, но она даже раздвинула ноги немного шире, чтобы дать мне лучший доступ. Я осветил ее мягкие складки. Я любил ее шелковистость и то, как ее тело отвечало мне. Я не увеличил давление, только слегка провел кончиками пальцев по ее киске. Она, вероятно, все еще была сверхчувствительна, поэтому мне нужно было быть осторожным, если я хотел направить ее к другой вершине. Ее губы приоткрылись, дыхание участилось.

Я наклонился и втянул ее сосок в рот. Толкать ее через край на этот раз было еще лучше, потому что я не был занят своей собственной похотью. Я мог полностью сосредоточиться на Джианне, ее затрудненном дыхании, полуприкрытых глазах, затвердевших сосках, когда она поддалась оргазму.

Меня даже не волновало, когда Джианна повернулась ко мне спиной, пытаясь наказать меня, не отвечая взаимностью. Я получил то, что хотел.

— Ты понимаешь, что секс это все, что есть между нами? — сердито сказала она.

— Секс очень важен.

— Конечно, но не более.

— Но не более, — раздраженно сказал я.

— Да, и больше никогда не будет. Не думай, что ты мне нравишься только потому, что мне нравится трахать тебя.

— Спасибо за предупреждение, — прорычал я.

Джианна

Я все еще злилась на себя за завтраком, особенно потому, что выражение лица Маттео было слишком самодовольным, несмотря на мои резкие слова. Может, он решил, что я шучу, а может, ему было все равно.

Мое тело обладало собственным разумом, всегда жаждущим его прикосновений.

Не помогало и то, что Маттео выглядел как модель в обтягивающей белой рубашке и с растрепанными черными волосами. Он был секс идолом и знал это.

— Мы приглашены на ужин в одну из ведущих семей на этой неделе, так что Ария и ты, вероятно, должны пойти по магазинам.

Я уронила ложку с йогуртом.

— Ты хочешь, чтобы я пошла с тобой на светское мероприятие? — я не могла поверить, что он так быстро вытащит меня на публику.

Мы были женаты две недели, и сплетни, вероятно, все еще ходили. — Все будут говорить за моей спиной.

Маттео пожал плечами.

— Мне наплевать, что они думают, и они знают, что лучше ничего не говорить ни тебе, ни мне.

— Я знаю этих женщин, они не упустят возможности сказать о какой нибудь гадости, особенно обо мне.

— Игнорируй их. Их мнение не имеет значения. Они всегда будут говорить о тебе гадости. Это все, что они могут сделать.