Связанные ненавистью

Ария помогла мне с макияжем, хотя он не скрывал губу.

— Я посмотрю, не приехал ли священник, — сказала мать и остановилась в дверях с задумчивым выражением лица. Она открыла рот, но потом повернулась и закрыла дверь.

Я старалась не принимать это близко к сердцу. Я знала, что мои родители и большинство людей в моем мире осудят меня за то, что я сделала, так почему же это было так больно?

— Как ты думаешь, Лили и Фаби позволят присутствовать на церемонии? — спросила я с неловкой надеждой в голосе.

— Дай мне поговорить с отцом. Я уверена, что смогу убедить его — сказала Ария."

"Я не протестовала, когда она вышла. Если кто-то и мог убедить отца, то это была Ария. Я посмотрела в зеркало. Глаза у меня были грустные и усталые. Я не была похожа на краснеющую счастливую невесту. Не то чтобы кто-то ожидал от меня этого. Это даже не настоящая свадьба. Несмотря на мои лучшие намерения, сожаление снова охватило меня. Как моя жизнь могла превратиться в такой бардак? Все, чего я когда-либо хотела, это быть свободной и принимать собственные решения.

Возможно, я вышла бы замуж за Маттео, если бы он потрудился попросить меня, вместо того чтобы приказывать. И теперь у меня никогда не будет настоящей свадьбы или красивого платья. Я всегда думала, что мне все это безразлично, но теперь, когда все потеряно, мне стало грустно.

Ария вернулась.

— Пора. Священник ждет в гостиной. Фаби и Лили тоже там.

Я выдавила улыбку.

— Тогда давай выйдем замуж.

Маттео

Даже без свадебного платья Джианна представляла собой чертовски привлекательное зрелище. Платье облегало ее изгибы; изгибы, которые я не спеша исследую, когда мы вернемся в Нью-Йорк. Я не мог дождаться, чтобы заявить права на каждый дюйм ее тела. Я заставлю ее забыть все, что было до меня.

Джианна встретилась со мной взглядом, как будто знала, о чем я думаю. И я действительно не потрудился скрыть свое желание к ней. Я трахну ее сегодня вечером, независимо от того, насколько я устал от смены часовых поясов.

Я слишком долго ждала этого. Джианна остановилась рядом со мной, и я взял ее за руку. Священник смотрел на нее свысока. Мне не терпелось покинуть Чикаго. Не то чтобы люди в Нью-Йорке смотрели на Джианну добрее, но, по крайней мере, они слишком боялись меня, чтобы открыто показать свое презрение.

Рука Джианны была холодной в моей, и она избегала моего взгляда, пока священник произносил свадебные клятвы.