Шарлотта должна была бы уже услышать его возню и открыть дверь, если только…
Если только не случилось что-то серьезное.
Он перенес вес на левую ногу, а правой сильно ударил в дверь. Замок вылетел, дверь распахнулась внутрь. Не совсем тайный способ проникновения в помещение, но, несомненно, самый эффективный.
Как всегда, вид у ее комнаты был такой, словно здесь только что прошел обыск. Голос разума подсказывал Пирсу, что беспорядок – это, скорее всего, следствие ее обычной неряшливости, а не отчаянной борьбы за жизнь.
Однако сердце не так легко было убедить. Пульс участился, пока он осматривал комнату.
– Шарлотта?
На ковре валялись кучи мятой одежды. Мантилья со шляпкой висели на кроватном столбе и напоминали огородное пугало. На туалетном столике вперемежку лежали щетки для волос, ленты и жестяные коробки с пудрой.
По пути к окну Пирс споткнулся о башмак и растянулся во весь рост. К счастью, кучка панталон и нижних рубашек смягчили удар. Он забарахтался, пытаясь подняться, но для этого сначала требовалось выпутаться из ярдов сладко пахнущей ткани.
– Да чтоб тебя…
– Пирс?
На пороге небольшой туалетной комнаты стояла Шарлотта. Она сначала посмотрела на дверь со сломанным замком. Потом перевела взгляд на кружевные панталоны, которые он зажимал в руке.
А потом уставилась на Пирса.
– Что ты здесь делаешь?
Отличный вопрос!
Возможно, сходит с ума. Но наверняка теряет способность прибегать к холодному расчету, которую приобрел за долгие годы.
Он даже не успел порадоваться тому, что видит Шарлотту лишь в одной тонкой, наполовину застегнутой ночной рубашке, с волосами, рассыпанными по плечам густыми волнами.
– Что я здесь делаю? – Пирс отбросил в сторону панталончики. – Какого черта я здесь делаю? Ты не ответила на стук в дверь.
– Я ничего не слышала. – Она кивнула в сторону туалетной комнаты. – Служанка приготовила мне ванну.
– Ванну?
– Да, ванну. Ну, это вода, мыло, губка и так далее.
Что ж… Весьма здравое объяснение.
К черту!
Он провел рукой по волосам, заодно смахнув с головы чулок.
Тот плавно соскользнул на пол, увлекая за собой последние остатки джентльменского достоинства.
Шарлотта едва сдерживала улыбку.
– Ничего смешного! – отрезал он.
– Конечно, – преувеличенно серьезно согласилась она. – Ты прав. Но для начала, как я теперь должна запирать дверь?
Взяв стул, стоявший у туалетного столика, Пирс приставил его к двери, подперев сломанную ручку.
– Как-то так.
– Почему ты роешься в моем нижнем белье?
– И в мыслях не было.
