Связанные Зоной

По прошествии некоторого времени Мякишева в Зону собирались вести уже не менее дюжины сталкеров."

"— Лёня! — дрожащим от высоких чувств голосом восклицал подобревший Геннадий. — Да я тебя куда хошь… Да я… И не из-за денег! — Последняя мысль настолько возмутила его нежную душу, что на миг показалось, будто он даже протрезвел: подтянулся, стал суров лицом и поднял вверх указательный палец. — Просто… хороший ты человек! — расслабился он вновь, глядя в прозрачные, бессмысленные от последних трудов над коньяком, водянисто-голубые глаза Мякишева.

Виктор, и ранее пытавшийся сползти под стол, вдруг запрокинул голову и гулко всхрапнул.

— Ленька! — хлопнул кто-то Мякишева по плечу. — Гена дело говорит! Пошли завтра! Вот полечимся с утра и все вместе пойдём!

— Тщщщ… — Геннадий сделал значительное лицо, прищурил глаза и начал кидать вокруг нарочито подозрительные взгляды. — Тише! Вон Савелия… на той неделе… приняли. И Она… тоже… слушает, а дураков себе в маленький такой блокнотик… пишет.

А потом рррраз! — Он выпучил глаза и сделал широкий сабельный жест рукой. — Уйди, Барсук, мы с тобой не пойдём. Мы с Леней через пару дней на Сухой пруд сходим.

— Сухой пруд давно в мертвяк отходит. Никакого интереса, а вот тапки отбросить там можно запросто, — сказал сбоку мрачный мужчина в возрасте, выглядевший из всей компании самым трезвым. — На Выпь-косу идти надо.

Виктор вдруг очнулся, зацепился за стол обеими руками, одним длинным движением, словно забираясь на турник, поднял непослушное тело и громко заявил:

— Тост! — В его руке был насмерть зажат стакан, до краёв наполненный не самым плохим коньяком.

 — За Леонида! — звучно сказал Виктор, метнул в горло половину коричневой жидкости, передохнул, допил остальное, бережно поставил стакан и сполз под стол.

Толпа вокруг нестройно поддержала здравицу.

Глава 5

Если бы Леонид не был так пьян и мог видеть все, что происходило за окном на тёмной улице, он, конечно, обратил бы внимание на двух людей, расположившихся на скамеечке под ближайшим к отелю деревом.

Они внимательно разглядывали Леонида, хорошо видимого сейчас в освещённом зале бара сквозь огромную витрину, и периодически звонили куда-то по сотовым телефонам.

— Пойдёт, — в очередной раз убирая трубку, сказал один из наблюдателей, смуглый брюнет с короткой стрижкой. — Хмырь не из бедных, но прямой родни найти не удалось. Заработал на каких-то картинах — вот и потянуло за приключениями.