– Фабриканты узнают, что народ сманиваешь – житья не дадут, да и больно много знать будут. А народ из провала не знает что сейчас в моде, а что нет. Никто и не заподозрит, что такие вещи вяжем, о которых все говорят, а знать не знают, кто изловчился, - привела вполне логичные доводы моя новая сотрудница, за которую я тоже была благодарна Богу.
Мой юрист прислал записку рано утром – человек, который согласился дать мне денег нашелся, и я делилась между тем, чтобы ехать в цех, где Леова уже ждала меня с новыми сотрудницами, и отправиться к мистеру Хармсу, чтобы быстрее решить денежный вопросы.
Отправила Мариту в цех, а к нотариусу поехала сама. Когда я вошла к нему с горящими глазами, чуть ли не источая свое нетерпение, и не заполняя им все помещение, как густым туманом, в кресле сидел Рональд.
– Вот и миссис Гранд, - привстал, как и прошлый раз нотариус. – Я уже вкратце, что мог, рассказал герцогу. Он согласился, и я уверил мистера Рональда, что вы приедете сразу же.
– Да, и вам доброго дня, - ответила я и не расстегнув пальто, рухнула в соседнее кресло.
– Думаю, мистер Рональд поторопился, и ему не сильно интересно спонсировать малоизвестную персону.
– Миссис Гранд. О вашем якобы родстве мы узнали лишь в процессе. Мистер Рональд явился, как только я послал запрос. Странно, что вы сами не обратились к нему – он представляет все финансовые дела как свои, так и своего брата, и с удовольствием вкладываются в такие кампании, - нотариус был горд своим делом, и сейчас я сделать ничего не могла.
В таком огромном городе дурной человек не нашел никого кроме людей, которые меньше всех должны знать о моих делах.
– Розалин, у меня нет причины вредить тебе, и, если мистер Хармс уверяет, что ты платежеспособна, в чем я и раньше не сомневался, я готов помочь как тебе, так и себе. Знаешь ли, советнику короля не так уж и много платят. Поэтому, мне тоже приходится работать, - стараясь скрыть улыбку продолжил Рональд.
– Хорошо, мне больше нельзя ждать, и придется согласиться. Что я должна для этого сделать?
– Показать имущество.
В документах оно описано, как не ветхое, новое, но я бы хотел удостовериться, - ответил Рональд.
Я написала адрес на бумаге, что лежала у меня под рукой, подала ее Рональду:
– Завтра после обеда я жду вас обоих здесь. Все бумаги, и три тысячи серебряных… - я подумала и добавила: - золотом привезите с собой, - встала, и вышла из кабинета. Я шла к дороге, где можно было найти коляску, и костерила себя на чем свет стоит.
