Поэтому летом мы переехали в дом Элиота, и жизнь стала лучше – теплые воспоминания о жизни здесь, уютная библиотека, огромный сад и знакомая беседка, в которой летом можно было вздремнуть, а осенью укрыться от дождя.
Летом же я стала почетным гражданином города за те изменения, что привнесла в жизнь города. Как я и обещала Рональду, большинство детей забрали родители, и этот жестокий закон отменили. Долги теперь отрабатывали на государственных работах, а жить люди продолжали со своей семьей.
Провал начал застраиваться, и возможность завести на своей земле свое личное хозяйство дало людям надежду и силы.
Фабрики и заводы, что принимали на работу мужчин из бывшего местного гетто могли платить меньший процент налога, и неожиданно для местных фабрикантов, остальные сотрудники стали более серьезно относиться к своему рабочему месту – страх, что на твое место есть еще десять человек из провала, что будут трудиться отдавая все свои силы заставлял отказаться от алкоголя и прогулов.
Вторая моя фабрика открывалась в Испанитах. Туда отправилась Молли и ее теперь уже муж – мастер по окраске. Пока они должны были найти помещение, место где закупать шерсть. Окраской они начнут заниматься сами, а Молли будет обучать девушек плетению пледов. Мне очень хотелось поехать самой, но ребенок, что должен был родиться осенью был мне дороже всего, что я обрела здесь."
"Оливия готовилась выйти замуж за Рональда, чем свела с ума всех барышень, надеющихся на его любовь. Ходили слухи, что теперь вся наша команда благодаря близким отношениям с королем скоро захватит рынок.
Нас это смешило, и на семейных посиделках до боли в животе и слез из глаз мы обсуждали каким же образом мы захватим весь мир.
– Молли проведет разведку, а потом мы все переедем жить туда, и начнем плести пледы и интриги против короля и его дома, - смеялась Оливия. Она повзрослела, а вернее, стала более серьезной и ответственной – на ее плечах были все фонды, которые позволяли содержать детей.
Король принял предложение о воспитании детишек для работы в государственных службах, школах, таких же приютах и даже для службы в его личной армии. Мальчишки были горды своим будущим статусом, а девочки не боялись взрослеть, чтобы пойти в никуда, или как родители – в провал.
Церковь теперь находилась под присмотром короля, и свою деятельность направила только на помощь обездоленным. Моя матушка, наконец, обрела ту церковь, о которой мечтала.
