Свобода Зверя

Мелькали светлый потолок и мои руки на покрывале, потом опять потолок.

- Попробуй, это питательно.

Челюсть оттянули вниз, и холодная ложка заелозила по языку, нырнула вглубь. К своему удивлению, я успешно, без сознательного усилия проглотила теплое месиво.

- Умница, - голос приятный, с бархатной хрипотцой, очень мужской. От рук пахло травяным мылом и знакомым сладковатым ядом. - Пройдет совсем немного времени, и ты станешь еще умнее, и уж точно - красивее. Наши хозяева будут гордиться тобой, и у тебя появится иной смысл жизни, нежели обслуживать столичных юнцов и заучивать скучные законы, которые скоро отомрут за ненадобностью.

Я бы передернулась, если бы тело подчинялось мне хоть немного.

- Интересно, детка, почему ты не пахнешь оборотнем? - его голос напрягся. Приблизилось полуразмытое лицо, мужчина шумно принюхался.

- Чтоб его небо об землю, - пораженно пробормотал он, - течка. Ты или недавно обернулась впервые, или решила это сделать прямо в моем доме. Надеюсь, это не повлияет на ритуал.

Уже в молчании меня докормили. Каша была совершенно невкусной, но глотала я ее послушно.

Тихий стук в дверь нарушил некоторую напряжённость ситуации, наличие течки явно не понравилось моему "кормильцу".

- Я принесла ночную рубашку, - прозвучал высокий женский голос, - гостью лучше переодеть, глава. И мыть потом будет удобнее.

То есть они даже не рассчитывают, что я смогу ухаживать за собой самостоятельно? Когда я теряла сознание, самой горькой мыслью было, что меня могут убить.

Разум панически забился в пустой коробке неведомой мне тюрьмы, откуда я могла смотреть и слушать, но совершенно не имела возможности влиять на происходящее.

По комнате прошлись. Мужской голос раздался с более удаленного расстояния:

- Элси, а почему рубашка из грубой ткани?

- Нууу, - женщина явно подыскивала ответ, - все равно выбрасывать потом, вот я и...

- Завтра купишь пару хороших рубашек из тонкой ткани, - мужчина говорил спокойно и доброжелательно, но я почувствовала, как резко задрожали руки той, что касалась меня.

Она что, собирается меня переодевать в присутствии мужчины. Я напряглась... Еще... И смогла согнуть мизинец. На этом мои успехи закончились, контакт с телом иссяк.

Порывы прохладного воздуха. Эти минуты превратились в изощренную пытку. В полной тишине, прерываемой только шелестом ткани, меня полностью раздели.