— Чтобы время не терять, — жму плечами.
— Ладно он, по головам пойдет к своей цели, если ему надо будет. Но ты должна была в первую очередь со мной это обсудить, а не с ним!!!
— Зачем?
— Зачем?! Затем, что ты на месяц собралась куда-то ехать!
— И чего такого? Ты вон постоянно в разъездах. В этот раз целую неделю дома не появлялся.
— Это совсем другое!
— Это еще почему? Только не вздумай завернуть, что ты мужик и тебе можно, а я — женщина, поэтому должна сидеть дома и уныло помешивать кочергой золу в домашнем очаге, ожидая, когда добытчик с охоты вернется, — отмечаю прохладно.
Он молчит, только головой качает раздраженно:
— Неужели ты думаешь, что я тебя на месяц отпущу?
— В чем проблема то, не пойму?
— Да ни в чем, Варя, ни в чем! Все зае*ись!
— Вот и славно, — улыбаюсь примирительно, и поднявшись, подхожу к нему, — хватит ворчать. Представляешь, будем по вечерам с тобой болтать по скайпу, друг к другу на выходные ездить. Попробуем секс по телефону. Романтика!
Он моего порыва не поддерживает, перехватывает руки, когда пытаюсь обнять и смотрит так, будто придушить хочет.
— Слушай. Если тебе что-то не нравится, иди с папенькой своим перетирай. Мне план кажется отличным, и я двумя руками «за». Но если вы коллективно решите, что так делать не стоит, то, конечно, я никуда не поеду.
— Не сомневайся. Перетру!
— Вперед! — киваю на дверь, — не смею задерживать.
Он шумно воздух втягивает и, развернувшись на пятках, вылетает из кабинета, а я провожаю его насмешливым взглядом.
Когда злится — просто прелесть, а не мужик.
***На следующий день собираемся в кабинете у Александра Николаевича. Мы с ним увлеченно обсуждаем мою предстоящую поездку и игру в шпионов, а Илья, как бука, сидит в углу и молчит. Как я и предполагала, спор с родителем закончился провалом. Мартынов-старший жестче, опытнее и обладает таким даром убеждения, что, если захочет, то заставит коровью лепешку съесть и причмокивать от удовольствия.
Естественно, Илье пришлось уступить, тем более поддержки в моем лице он не нашел.
Мне-то самой очень хотелось поехать, я и не думала этого скрывать. Для меня это дело давно родным стало, и я готова была сделать все, что в моих силах.
В результате муж обиделся, рассердился и весь вечер со мной не разговаривал, а я и не приставала к нему. Пусть дуется сколько хочет, его право. Вопрос уже решенный. Я еду!
***Я лежу на полу в гостиной на мягком ковре, вокруг меня куча бумаг.
