Кое-что в работе нашего филиала мне не нравится. Поработав, посмотрев на все свежим взглядом, пришла к выводу, что надо многое менять. Где-то оптимизировать, где-то сокращать, вычищая бесполезные звенья, а где-то наоборот расширять по возможности. Работы много, очень много, поэтому не терпелось к ней приступить.
— Терпи, Вареник. Скоро уже. Вот приеду через неделю, и начнем с тобой судьбы вершить, — произнес голосом небесного правителя.
Я рассмеялась. А что еще оставалось делать, когда напротив сидит такой болван? Я очень сильно по нему соскучилась.
***Мы провели замечательный вечер. Сидели, разговаривали, планировали наши действия, когда Мартынов приедет в Москву на совсем, смеялись, ели вкусную еду. Даже привередливый Илья все-таки признал, что кухня здесь отменная.
Времени уже было далеко за полночь, когда мы очнулись, оторвались друг от друга и осмотрелись по сторонам. Вокруг никого. Все столики пусты, и усталый официант ненавязчиво стоит в сторонке, старательно удерживая зевки. Заведение работало до последнего клиента, и этим самым последним клиентом случайно оказались мы.
— Пойдем отсюда, — торопливо предлагаю Илье, — а то будем с тобой жестоко прокляты!
— Не переживай, у меня есть амулет от таких проклятий, — улыбается муж и оставляет такие чаевые, что вся сонливость с бедного официанта слетает напрочь. Он растекается перед нами в поклонах, тройных реверансах, и уверяет, что мы самые почетные гости.
— А то, — чинно хмыкает Мартынов, берет меня за руку и ведет к выходу, — поняла Варька, мы с тобой очень почетные гости.
— Куда теперь? — спрашиваю, когда оказываемся в машине.
Он чуть сдвигает рукав и смотрит на время:
— У меня есть еще три часа до регистрации. Можем завалиться в какой-нибудь клуб.
— Не охота, — недовольно морщу нос.
— Тогда какие еще варианты?"
"— Если не хочешь домой ехать, то давай просто по городу поколесим. Может, увидим что-нибудь интересное.
— Если тебе хочется, то поехали. Мне все равно.
Сначала мы кружимся по центру, потом Илья сворачивает с оживленных проспектов, и мы катаем по тихим улочкам.
В этот момент меня накрывают воспоминания о вчерашней поездке с Немановым. Просто карма какая-то с мужиками по темным закоулкам путешествовать. Ладони тут же взмокли, а горло перехватило спазмом от волнения. Надо Илье все рассказать. Он всегда был честен со мной. Да жесток, да причинял своей честностью боль, но я приняла это. И не имела права ему врать, утаивать то, что происходило у меня с Ромкой.
