Я не такая умная как ты говорил, Натан. Вместо похоти и дофамина я испытала настоящие сильные чувства.
Муж «режет» меня взглядом, сжимает челюсти. Его молчание раздражающе действует мне на нервы!
— Но послушай, откуда я знаю, что ты играл честно? — повышаю голос. — Ты ночевал не со мной! Ты почти не приезжал!
— Блядь, Влада, не пытайся спустить на меня всех собак, — резко парирует Левицкий. — Я не считаю нужным доказывать тебе свою честность. Всё, что я делал — это тупо пахал в другом городе. Тебе никто не мешал взять и приехать ко мне.
В любой момент. Проверить, чем я там занимаюсь.
— Ты не предлагал!
Это всё, что мне удаётся выудить из мужа, потому что дальше он снова замолкает!
Нат открывает сейф, достаёт оттуда наличку и прячет её во внутренний карман пиджака. Внутри меня закручивается настоящая буря негодования. Чтобы привлечь внимание мужа, я беру первое, что попадается под руку — декоративную индийскую вазу с резьбой. Бросаю её в стену, та разбивается на мелкие кусочки. Единственное, что я получаю взамен — полный пустоты взгляд Натана.
— Не трогай осколки — сегодня придёт убираться Раиса."
"— Натан, боже мой! Посмотри на меня! Скажи, что будет дальше?
— Чего ты хочешь? — раздраженно спрашивает муж. — Чтобы я признал, что был не прав? Что просчитался? Что идея была дерьмовой? Это так! Давай закроем наш брак, Влада?
Теперь замолкаю и я.
— То-то же, — усмехается Натан и следует в прихожую.
— Я должна сию минуту согласиться? Со всем, что ты предлагаешь? Тебе не кажется, что это эгоистично? Хочешь трахаться с другими — пожалуйста, Нат.
Попробуй, если тебе припекло. Я же мудрая и понимающая, всегда тебя поддержу. А, ты уже не хочешь? Не понравилось? Передумал? Окей, бывает!
Я снова иду за мужем, старательно обходя осколки от вазы.
— Не оставляй меня в неизвестности! Нат, чёрт тебя дери! Ты в курсе, что молчание — это эмоциональное насилие? Оставляя жену одну наедине со своими мыслями и невысказанными словами, ты таким образом наказываешь меня!
— Эмоциональное насилие случится, если я прямо сейчас начну говорить, Влада, — отвечает Натан и громко хлопает дверью.
Глава 45
* * *Первые часы в одиночестве даются мне адски сложно. Я психую, крушу всё вокруг и выворачиваю шкафы, чтобы собирать свои вещи.
Невысказанные слова и обиды повисают в воздухе и давят, и копятся. Невыносимо! Хочется поделиться этой тяжестью и немедленно выговориться, но у меня это право отобрали.
Когда в квартиру приходит помощница, я стараюсь взять себя в руки.
