Я продолжаю соблазнительно двигаться пока в голове крутится просто масса вопросов. Что же тебе неймётся? Для чего ты пожираешь меня взглядом? На что надеешься? Это незакрытый гештальт или уязвлённое самолюбие? Но ведь я уже попросила прощения! Или ты хочешь полного раскаяния?
Продолжаю танцевать и трогать себя. Тело покрывается бисеринками пота, а распущенные волосы липнут к коже. Мне так жарко, что пересыхает в горле.
Скориков лениво отрывает свой взгляд от меня и достает из кармана телефон. Хмурится, не снимает трубку.
Допивает виски, снова смотрит. На меня, на дисплей, на меня, на дисплей. Паша будто бы решает, что предпринять. Отворачиваюсь, облегчаю ему задачу. Когда снова смотрю в зал — Скорикова уже нет. В ближайший час он так и не появляется.
— В общем, Левицкая, если захочешь записаться со мной на курсы, то только позвони и я тебе всё объясню, — произносит Полина.
— Обязательно.
— Нет, правда. Не подумай, что я заманиваю тебя в свою секту, но курсы повышения женственности дали мне очень много уверенности.
Порой через край. Ты знала, что женщина несет в себе энергию, которой питает своего мужчину и детей? То-то же. И если ты умеешь правильно управлять своей энергией, то твой мужчина обязательно добьется того, чего ты от него хочешь.
— Звучит заманчиво.
Я откусываю клубнику и слушаю вполуха. Не то, чтобы я считала подобные курсы полнейшей чушью, но веры им нет. Это факт.
— Вот только жаль, что там не подсказывают, где искать нормального мужика в свои почти тридцать, — вздыхает Леонова.
— Не гея, не женатого, не алкоголика?
— Полина, из меня так себе советчица. Нашу историю с Натаном ты знаешь.
— Да, тебе с ним безумно повезло!
— Знаешь, как говорят? Чужая семья — потёмки, Поля.
— Я когда вижу, как Натан на тебя смотрит — меня саму в пот бросает, — будто бы не слышит Леонова. — Наверное, я бы отдала всё на свете, чтобы у меня был мужчина, который бы по мне с ума сходил. А ещё заботился, оберегал и любил. После стольких лет.
Всегда. Каждый день.
На последних словах я прощу прощения и пулей несусь в уборную. Внутри пусто, я закрываюсь на щеколду и включаю воду.
Вдох-выдох. В ушах бьётся пульс, а сердце колотится как ошалелое. Порой мне так сильно хочется попросить у кого-нибудь совет… Как Полина, например. Она не стесняется ни развода, ни неудач. Но боюсь, что тема свободных отношений — это действительно табу для нашего общества. Не скажу ни маме, ни подруге.
