Муж одними губами шепчет: «Пососи». Я смотрю на него снизу и любуюсь почти чёрными дьявольскими глазами, чувственными приоткрытыми губами и совершенным телом. Паша другой. Во всём другой.
Во рту становится терпко. Натан прикрывает веки и зарывается пальцами в мои волосы. Дышит часто, прерывисто. Совершает последние фрикции. В этот же момент в дверь нашего номера настойчиво стучат.
Муж одевается и выходит первым. Я некоторое время провожу в ванной комнате и возвращаюсь в номер. Натан как раз закрывает дверь и закатывает тележку с едой.
Мы смотрим местное телевидение ни слова при этом не понимая. Ужинаем, пьём вино. Смеемся, когда переводим на свой манер романтический сериал. Натан играет роль безумно влюбленного, но бедного парня, а я — неприступную девушку.
Расслабившись и подкрепившись, мы перемещаемся на большую просторную кровать. Почувствовав влечение мужа, я шутливо толкаю его в грудь и пытаюсь отстраниться, но он тут же подминает моё тело под себя. Мы получили новый опыт. Отдельно друг от друга. Поэтому сейчас хочется быть больше, сильнее и ближе.
— Сумасшествие, — бормочу себе под нос и забираюсь под одеяло.
Натан встаёт с постели и подходит к окну. Открывает его и впускает в номер чуточку прохлады. Закуривает, выпускает серый дым на улицу.
Я любуюсь его крепким задом и стыдливо свожу ноги вместе. На сегодня точно достаточно!"
"— Похоже, это тот самый эффект Кулиджа в действии, — произносит муж.
— Напомни. Это ты у нас запоминаешь разную и порой ненужную информацию.
Натан коротко смеется.
— Это биологический феномен, Влада. Любая даже самая сильная связь между людьми ослабевает, но как только происходит смена партнёра, она становится значительно крепче и выше.
Киваю, когда вспоминаю. Мы читали об этом статью. С годами пары устают от секса друг с другом. Грустно, но это факт. Количество дофамина — гормона радости и счастья, уменьшается из-за привыкания, но резко увеличивается, едва появляется новый партнёр.
— Плюс ревность, соревнование и конкурирование. Это тоже дало результат.
Вся суть нашего с тобой эксперимента в том, чтобы подогревать взаимный интерес. Третьи лица — это всего лишь запасной механизм.
— Четыре оргазма подряд, — выдыхаю, откинувшись на подушку. — Поклянись, что ты больше не тронешь меня.
Муж оборачивается и усмехается. В его глазах пляшут черти. Это вовсе не похоже на клятву. Боже!
— Главное не переборщить, Влада. С дофамином, ревностью и конкурированием. Иначе всему крышка.
— И даже нам?
— Надеюсь, что нет.
