Я тебя вижу второй раз, а ты предлагаешь такое...
— Я извращенец. А ты хоть помнишь, что такое оргазм?
— Да!
— Поэтому ты дрожишь от того, что я едва к тебе прикоснулся? Удовлетворенную женщину не так колбасит.
— Ты…
Я расстегиваю ее лифчик и отбрасываю в сторону. Черт. Грудь у нее охренительная. Я бы присунул между ними, глядя в ее наивные глазищи, но это потом.
— …думаешь, что я какая-то глупая девочка, которую можно развести на секс при живом муже?... — продолжает она, краснея и закрываясь руками.
— Нет, конфетка.
Я думаю, что ты охренительно страстная женщина. Просто тебе нужен подходящий мужчина.
— И ты скажешь, что..."
"— Ага, — меня задалбывает разговор, потому что член, кажется, сейчас начнет искрить от напряжения. Я просто подхватываю ее на руки и несу в спальню. Бросаю на кровать и падаю сверху, делая то, что так хотел — прикусываю грудь, обвожу языком сосок и слышу тихий всхлип. Эрогенная зона, крошечка?
Она не сопротивляется, пока я стаскиваю с нее джинсы и запускаю руку между ног, которые она пытается свести вместе.
Пиздец, мокрая, хоть выжимай. Пальцы скользят, будто я щедро окунул их в обычную смазку из аптеки. Я надавливаю на клитор, и она выгибается, мучительно застонав. Погружаю в нее два пальца, чувствуя, как нимфа сжимается. Делаю то, что и обещал — покрываю поцелуями ее кожу, вдыхая тонкий, сладкий запах, прикусывая и облизывая, и чувствую, как ее ручка ложится мне на голову, и сжимает пальчиками волосы. Пытаясь удержать.
— Расслабься, нимфа.
— Боже… — жалобно пищит она, когда мой язык проводит у нее между ног.
Я, конечно, не бог, но ты, нимфа, будешь каждый вечер молиться, чтобы я еще разок побывал в тебе.
Если я сам быстрее не припрусь снова к ней. Демон, она сладкая везде. Она стонет, и все равно пытается отпихнуть меня. Конфетка, ты доиграешься, что я просто сделаю то, что делаю обычно — привяжу тебя нахер к кровати. Но, боюсь, она тогда вообще впадет в панику. Сегодня только ваниль и ничего больше.
Я убираю ее руки, когда чувствую, что нимфа уже вся горит от желания, и нависаю над ней.
Она смотрит на меня глазами, полными страха и похоти, кусает припухшие губы, и впервые я ощущаю, как ее ладошки прикасаются ко мне. К груди. Прохладные, потому что во мне кипит кровь. Одна из них ложится там, где сердце. Я уверен, что нимфа чувствует его биение. Почему-то это прикосновение кажется мне круче, чем если бы она потрогала член.
И да, я вижу у нее в глазах то самое согласие. Охерительно, нимфа. Ты мне нравишься такой.
