Мотнув головой, я смотрю на свое отражение в зеркале над раковиной и снова улыбаюсь. Не обманывала Олеся, я действительно стала выглядеть свежее. Мне бы только от нервотрепки отойти, да откормиться чуть-чуть. Но волосы меня по-прежнему не радуют. Торчат во все стороны, плотно зафиксированные лаком, и просятся под воду.
Я захожу в душевую кабину, поворачиваю кран и встаю под бушующую струю. Как же хорошо: головная боль затихает, да и тошнота проходит. Крепкого сладкого чаю выпью, позавтракаю и буду как огурчик.
Уж я-то знаю, как с похмельем бороться. Сотни раз Ваську почти с того света вытаскивала.
Мысль о том, что уже сегодня я стану официально разведенной, поднимает мне настроение, и я начинаю тихонько петь. Но мой концерт прерывается дерзким вторжением Кристиана в ванную. Я замолкаю и, стоя в пене, не дыша наблюдаю за его силуэтом, мелькнувшим за матовым стеклом. Он проходит к раковине, сонно мыча:
— Доброе утро, нимфа.
— Аг-га, — заикаюсь я. — Доб-брое…
Потирая лицо, он берет щетку, выдавливает на нее зубную пасту, подносит ко рту и начинает ржать.
Я быстро смываю пену, поворачиваю кран и, отодвинув дверцу, тянусь за полотенцем.
— Что тебя так развеселило?
Он засовывает щетку в рот, начинает ею елозить и шепелявить:
— Тфаю шотку фсял.
Я вижу, что его щетка так и стоит нетронутой в стакане и, поведя бровью, улыбаюсь. Нравятся чужие микробы — да на здоровье!
Пока я отжимаю волосы и обтираюсь, Крис ополаскивает рот, умывается и буквально ловит меня в свои объятия, едва я выставляю ногу из кабинки.
Спиной прижимает к стене, скалится, щуря свои хитрые темные глаза, одной рукой обвивает мою талию, другой тянет за край полотенца.
— Утром ты еще привлекательнее, — шепчет он без намека на комплимент ради комплимента.
— А как же наказание? — улыбаюсь я, и полотенце падает у наших ног. Я закусываю губу, вызывающе подгибая ногу и пальцами пробегая по мужскому торсу.
Крис стискивает зубы. Готов зарычать. Явно хотел, чтобы я тут поломалась, выморозила его своим занудством и лекцией о том, как все это неправильно, и если родители узнают, то мне будет очень стыдно.
Да пофиг! Стыдно мне сейчас лишь за то, что я пять лет жила с Васькой!
С моих волос капает вода. Холодные капельки, касаясь моей кожи, вызывают у меня мелкую дрожь. Но больший трепет доставляет мне упирающийся в низ живота член.
Кристиан ласкает меня похотливым взглядом, облизывается и наклоняется, чтобы поцеловать.
