Свободный среди звезд: пилот (СИ)

Ему, к слову, пришлось улестить диспетчера, - молоденькую девчушку с курносым конопатым личиком, - чтобы пристыковаться именно сюда. Изначально его хотели направить в седьмой док. О нет, никаких взяток. Парень просто пригласил её встретиться и посидеть в баре после окончания смены. То есть, через три часа. Стиг с Нарой заворожено наблюдали надвигающийся створ раскрытых исполинских ворот. Такого зрелища они ещё не видели.

   По причине своей маломерности "Милу" пропускали через шлюз не в одиночку. В ворота вместе с ними залетели два корабля-шахтёра и малый транспортник.

Требовалось внимательно следить за тем, чтобы они не задели их своими бортами и не ободрали обшивку судна. Наконец, все расположились в своих углах шлюза, и внешние ворота начали неторопливо закрываться. Внутренние ворота с большой надписью "14", нарисованной по центру, пока оставались запертыми. Они растворились только после того, как шлюз продули нагретым газом до нормального давления. Именно газом, а не воздухом, - использовался добытый из атмосферы внизу азот. Кислород берегли для дыхания людей, в грузовом шлюзе он ни к чему. К тому же, содержащийся в обычном воздухе водяной пар при охлаждении ниже точки росы выпадал на хранящей холод космоса обшивке совершенно ненужным инеем.

   Начиная с момента, когда корабль подлетел к станции ближе, чем на пять километров, его маршевые двигатели были выключены и заглушены. В штатном режиме разрешалось пользоваться только гравитационным. Допускались лишь корректировки маневровыми. Впрочем, последние тоже заглушили, как только они пошли к створу шлюза.

Нерассеянная с расстоянием реактивная струя из термоядерного двигателя, даже маленького, могла запросто проделать дырку в металлической стенке. Так, на гравике, Павел прошёл внутри дока от шлюза к назначенному для "Милу" месту стоянки. На автопилоте, не время баловаться с ручным управлением.

   Силовые захваты зафиксировали корабль в нужном положении, к люку была подана прозрачная кишка трапа. Стыковка завершена.

   Инспектор Серес оказался полной копией своего брата, разве что чуть-чуть помоложе.

Пятьдесят сотенных купюр исчезли в его широкой ладони так же быстро и незаметно, как появились, и у таможни, будто бы по волшебству, исчезли любые вопросы касательно удобрений органического происхождения, совершенно необычным образом перевозимых почему-то в пропахших чаллом картонных коробках. Последние оперативно перегрузили в шестьдесят десятикубовых контейнеров, которые тут же отправились на склад.