Свободный среди звезд: пилот (СИ)

И как-то так получилось, что она извернулась при этом в его объятиях и застыла, упершись в его грудь согнутыми руками. "Всё интересней и интересней", - подумал Павел про себя. Ситуация получалась достаточно двусмысленной. Вроде прямо ничего не сказано, но намёки вполне прозрачные.

   - Спасибо, что заступилась за меня, - сказал он, чтобы прервать неловкое молчание.

   - Спасибо, что спас мне жизнь, - ответила девушка, пряча своё лицо у него на груди. - Тогда, когда оттолкнул.

   - Не за что, - отозвался парень будничным голосом.

   - Я так испугалась, когда все начали стрелять! - продолжила она. - Откуда ты узнал, что они там за дверью?

   - Подключился к видеокамере на нашем флаере, - спокойно ответил юноша.

   Это было почти правдой, - на самом деле Павел подключился к камере уже после начала стрельбы.

   - А я не догадалась так сделать, - призналась журналистка. - Если бы не ты...

   И снова замолчали. Павел элементарно не знал, как поступать дальше. Казалось бы, продолжение очевидно: вот девушка, хватай и целуй.

   Но следовать этим путём парень не хотел. Именно из-за его очевидности. Ведь ёжику понятно, что текущая ситуация была ею заранее подстроена от начала и до конца. И он совершенно точно знал, что этой девушке нельзя доверять. Даже если не брать в расчёт то злосчастное интервью, Жанна только на его глазах дважды кидала людей. Сначала она ушла от него к Сергею, в самом начале, а потом перебежала обратно от Сергея к нему. Однажды предавшему кто поверит, говорят обычно, а кто может довериться предавшему уже дважды? А ещё юноша своими глазами видел, как ловко журналистка умеет "разводить" людей на информацию.

А не подлежащих разглашению сведений у парня имелось в избытке.

   И лишь по одной причине Павел до сих пор не развернулся и не вышел из номера. Духу не хватало. Вкрадчивый голос твердил из глубин сознания: "Ну что с тобой? Всего одна ночь, переспали и разбежались! Какой от этого может быть вред?" - "Где одна ночь, там и несколько.

Привяжет к себе", - ответил этому голосу. - "Ну привяжет и привяжет, тебе жалко что ли?" - "Сначала привяжет, потом бросит. В самый неподходящий момент", - "Боишься, да?" - "Боюсь". Тут в диалог вступил ещё один голос, рассудительный: "А ведь она заступилась за тебя. Не обязана была, но заступилась", - "Просто я ей нужен, вот и приложила усилия, чтобы вытащить меня из тюряги". Первый голос мерзко захихикал: "Ты? Нафиг ты ей сдался?" - "Я, может, и не сдался.