Свободный среди звезд: пилот (СИ)

Если в системе всё-таки присутствует следящая аппаратура, установленная архами, и она зафиксирует уход корабля в прыжок, то пусть, по крайней мере, место ухода окажется подальше от человеческой установки. Меньше вероятность, что Чужие её обнаружат. Прилетел корабль, поболтался три дня в системе и улетел. Кто сказал, что он тут что-то оставил?

   Дождавшись, пока развернувшийся буй не завершит тестовый сеанс связи, Павел увёл корабль в прыжок. Пришлось покорпеть над расчётами, зато он вывел судно "впритирку" к аномалии.

Включив маршевые двигатели, они добрались до заданной точки меньше, чем за пару суток, что было великолепным результатом, - Павел всерьёз опасался, что придётся возвращаться и делать повторный прыжок, подвергая себя дополнительному риску быть обнаруженным. На месте люди Римциса собрали и запустили полдюжины специальных напичканных приборами конструкций, единственной целью создания которых было изучение параметров дырки в пространстве.

   Червоточина, на самом деле, - это целый класс природных феноменов различного происхождения и с разным механизмом действия, общим для которых является принцип: бросил нечто в один конец, спустя мгновение оно появилось с другого.

Под "нечто" здесь может пониматься как некий материальный объект (корабль, например), так и пучок излучения. В целях перелёта, понятное дело, можно использовать только первое, да и то не всегда. Потому что есть ещё зависимость удачного переброса от массы объекта, его скорости и ещё кучи параметров. Вдобавок ко всему, червоточина может оказать периодически действующей. А то и вовсе нестабильной.

   Можно долго описывать, как бились двое умников, чтобы составить модель процессов, протекающих в данной конкретной аномалии. Как подбирали на основе этой модели параметры входа, гарантирующие результат, то есть успешный перенос. Как один за другим послали в зону переноса три автоматических зонда. И как все радовались, когда те благополучно вернулись назад. А можно сразу перейти к итогу: спустя ещё четверо суток "Милу" вошла в червоточину и невредимой вышла из неё с другого конца.

   - Так далеко ещё ни один наш корабль с самой войны не забирался! - благоговейно прошептал Римцис.

   - Я думал, с этого конца мы тоже окажемся где-то в межзвёздном пространстве, - заметил Павел. - А вылезли чуть ли не в середине системы. Хорошо ещё, она необитаема, судя по всему. Можно надеяться, что нас до сих пор никто не заметил.

   - А эту червоточину так и обнаружили, - ответил ему Римцис.