Сводная Чужая (СИ)

Что он за дьявол такой?

  Снова посмотрел на него. Что ещё-то?  Полы мыть ещё заставит? Или тапочки в зубах ему носить?

  — Насчет Нины. Не вздумай к ней подойти. Как мужчина.

  Взгляд Геннадия потяжелел ещё, хотя казалось бы, больше некуда. Судя по всему, вопросы о его дочери волнуют мужчину очень серьёзно. Вот ведь ещё папаша выискался! Говорят же, что если отцы воспитывают дочерей одни по каким-то причинам, то часто становятся сумасшедшими папочками, задалбывая всех вокруг по поводу дочурки.

  — Если ты хоть пальцем притронешься к сводной сестре, Ярослав, — продолжил говорить отец Нины.

— А вам? — Вскинул я подбородок.

— Нахал, — усмехнулся он. — Речь не обо мне, а о тебе. Если ты, щенок, хотя бы даже посмотришь на мою дочь — я тебя закопаю. Она не для тебя.

   Кажется, он всё же не шутит... А Нину вдруг жаль стало. Такой отец-самодур.

   — Да не буду я её трогать. — Вскочил я на ноги. — Мне такая "прелесть" и задаром не нужна!

— Я тебя предупредил.

Я не ответил. Смотрел молча, пытаясь понять, что он за человек такой, и куда смотрит мама. Ведь тип неприятный, видно сразу. Нине очень не повезло с папашкой. В очередной раз порадовался, что я тут временно.

  Отец Нины решил, что больше не имеет смысла беседовать со мной, и ушёл наверх вслед за мамой, даже не попрощавшись со мной. Больно надо, конечно, но как-то это некрасиво и неуважительно. Я встал и растерянно посмотрел ему вслед. Мне даже никто не покажет комнату? Очень гостеприимно.

  Вздохнул и устало провел рукой по лицу. Когда же эта чёртова чёрная полоса кончится уже? Моя жизнь больше не зебра, с чёрно-белыми полосками, а пантера — вечно чёрная. Самому, что ли, идти в любую понравившуюся спальню? Однако через несколько минут спустилась мама.

  — Сынок, пойдём, я покажу тебе твою комнату.

  Ну, спасибо, что вспомнила о своём сыне, мама. Я подхватил сумку с пола и пошёл следом за ней. Она провела меня в самый конец коридора и открыла одну из одинаковых дверей.

  — Ну вот, эта спальня подальше от остальных, чтобы никто никому не помешал. Проходи, Ярик.

  Я вошёл и огляделся. Как дорогой номер пафосного отеля. Даже страшно садиться на это белоснежное покрывало, что накрывало большую двуспальную кровать. Да уж, красиво, но... Бездушно, что ли.

  — Тебе не нравится, милый? — спросила мама, видимо, увидев кислое выражение моего лица. — Хочешь, подберём другую?

— Да нет, ма, — покачал я головой. — Всё нормально.