Захар и Гордей устраиваются напротив. Тай — со мной.
— Мент, — хмыкает Захар. — Как и я, в общем-то, правда пока будущий.
— Он у тебя прям совсем наверху, как я понимаю, — включается Гордый. Наш новенький кивает. — С моим, значит, пересекаться будет. У меня отец — прокурор, — кривится он. — Ну, не будем о грустном. Мы сюда пить приехали, — целует свою девушку в щеку и открывает первую бутылку. Я закрываю свой стакан ладонью, показывая, что не пью сегодня.
Гордый без вопросов заполняет стаканы Тайсона и Захара. Парни, что сидят чуть дальше от нас, справляются сами.
Братишка Гордея, я смотрю, взял себе пива, а девочки в основном на соках или коктейлях. Ярослава вместе со мной пьет апельсиновый фреш.
Закидываю Калужскому свое предложение. Рисую детали сотрудничества и собственные цели. Не хочу, чтобы он думал, что я пытаюсь влезть в его бизнес, отжать его или еще какое дерьмо сотворить. Это сто процентов его. Просто я знаю то, чего не знает большая часть команды. О его вечный траблах с отцом и относительно недавней очередной попытке прикрыть клуб.
Наша победа в гонке, шум в прессе по этому поводу, спасли ситуацию. Но это же прокурор! Хер он отступит.
Гордый дожидается, когда Яся с девочками уйдут танцевать, и уже тогда, тихо матерясь, делится:
— Он требует, чтобы я женился. А надавить на меня можно только через Либерти или… — тяжело втягивает ноздрями воздух, глотает алкоголя, — через Ярославу и ее родителей. До этого еще не дошло. Пока пытается продавить через клуб.
— Куда-то выше хочет залезть? — я хорошо понимаю эту «кухню».
— Нет, свое место удержать. Все телодвижения, происходящие в системе, расшатывают позиции на постах. Одно время он пытался продавить Платона, но мы разрулили. Там отчасти спасло положение отца его Сони. У меня же ситуация другая. Ясины родители моему отцу не выгодны, как члены семьи. Они не помогут ему удержать место, если начнет штормить сильнее.
— Херово, — провожу ладонью по лицу и делаю несколько глотков сока."
"— Разберусь. И твое предложение обмозгую.
Идея мне нравится. Усиление — всегда хорошо. У тебя как? Ты потух опять.
И я выключился из разговора. Гордый не давит, общается с Захаром и Тайсоном. Вокруг стоит гул из голосов, смеха и музыки, а мне пусто во всем этом. Я не только дела решать сюда пришел. За эмоциями. А их нет. Тех, что нужны. Нет тепла, пробирающегося под кожу. Нет того самого смеха, что вытаскивал из меня улыбку. Нет ее запаха.
Закрываю глаза, смотрю персональное кино, которое показывает мне мозг.
